RSS
 

НОВАЯ КНИГА

ВАЛЕРИЙ КАРЫШЕВ 

ИСПОЛНИТЕЛИ ДЛЯ СПЕЦСЛУЖБ 

ГЛАВА 22 

Андрей Голиков сидел за столиком небольшого ресторанчика вместе с Сильвестром и обсуждал с ним текущие дела. После убийства «бригадира» бауманских прошло уже две недели. Сильвестр был очень доволен этой акцией. Сейчас обсуждалось новое задание, которое Голикову необходимо было выполнить со своей группой. 

— В общем, Андрюха, расклад такой, — говорил Сильвестр. — Больше этого гада я терпеть не могу. Короче, тебе, братишка, нужно убрать Глобуса. Он лидер бауманских. Но имей в виду — надо это провернуть очень искусно. Все же он вор в законе. Зато сделаешь красиво — все у тебя будет хорошо. 

— Послушай, Иваныч, — сказал Андрей, подняв голову, — а что значит «все будет хорошо»? Что я буду иметь? Пару косарей мне пришлешь или десятку? 

— А что, тебе этого мало? — недовольно поморщился Сильвестр. 

— За такую фигуру — конечно, мало. Что я ребятам скажу? Пойми, я ребят из города вытащил. Говорю им, что мы работаем с авторитетнейшим человеком. А по сути, ничего не имеем, только мелкие деньги — на еду, на девчонок... Даже мобильников у братвы нет, не говоря о тачках... 

— Так зарабатывай деньги!
— А когда мне их зарабатывать, как не сейчас, за такую крупную фигуру!
— Так чего ты хочешь?
— Ты говоришь, что у вас с Глобусом спор из-за ночного клуба.
— Да, не поделили мы его, — кивнул Сильвестр.
— Давай так. Если я «уберу» Глобуса, то его доля переходит ко мне. Тебя такой вариант устроит? — Ты сначала работу сделай, а потом говорить будем! — оборвал его Сильвестр.
— Нет, Иваныч, давай сначала договоримся. Тебя устроит такой вариант?
— Если все красиво сделаешь, никаких «стрелок» в нашу сторону не будет, считай, договорились. — Хорошо. Значит, скоро мы с тобой будем партнерами, — улыбнулся Голиков.
— Посмотрим, — усмехнулся Сильвестр, вставая из-за стола. 

Андрей вышел из ресторана, сел в ожидающий его «жигуль» и направился в бильярдную, где обычно встречался со своими ребятами. Те уже ждали его — было договорено заранее, что состоится что- то вроде производственного совещания. 

Андрей рассказал ребятам о последнем задании Сильвестра, пообещал всем хорошую премию за выполнение работы. 

— Мы начинаем подготовку к сложнейшей акции, — говорил он. — Вот «мордочка» клиента. — Он вытащил из кармана несколько фотографий. — Он бывает... — Андрей стал перечислять названия ночных клубов и ресторанов, которые любил посещать Глобус. — На подготовку отводится две недели. 

— Для операции автоматы нужны, — проговорил один из ребят. — Автоматы я достану. 

После встречи с ребятами Андрей поехал на встречу с Ледогоровым. — Как дела? — поинтересовался Владимир.
— Глобуса мне поручил...
— Хорошо, исполняй. 

— «Калаши» нужны.
— Я тебе подскажу место, где их можно купить.
— А я думал, у вас можно «стрельнуть»...
— Нет, мы оружие не выдаем и тем более им не торгуем. Но найти автоматы в Москве не 

проблема. Запиши адресок! — Ледогоров продиктовал адрес точки, где продавали оружие.
— А вы откуда это место знаете? — поинтересовался Андрей.
— Мы его давно контролируем, информация о нем поступает из нескольких источников.
— А чего не берете?
— Рано еще. Как материала побольше накопим, так и возьмем.
— Я вот что думаю, — продолжил Андрей. — Я хочу укрепить свою материальную базу...
— И что ты предлагаешь? — насторожился Ледогоров. — Чтобы мы тебе спонсорскую помощь 

оказали?
— Нет, на вас надеяться бесполезно. Я хочу несколько коммерческих структур к рукам прибрать, 

под «крышу» взять.
— Пожалуйста, бери. Какие структуры взять хочешь?
— Какие вычислим.
— А ты сможешь с московской братвой нормальную стрелку провести?
— А почему нет? Смогу.
— Давай, попробуй. Главное, чтобы тебя там не завалили, — усмехнулся Ледогоров. — Ты 

когда на стрелку поедешь, стволов с собой не бери. А если возьмешь, то предупреди, где стрелка будет, чтобы я вас подстраховал. 

— Да ладно, — беспечно махнул рукой Андрей, — все будет нормально!
Вскоре они расстались.
Идея взять несколько коммерческих структур появилась у Андрея давно. Он хорошо понимал, что 

тех денег, которые выделял ему Сильвестр на содержание группировки, было недостаточно. Да и сам он хотел ездить не на подержанных «Жигулях», а на хорошей иномарке, на каких ездила уже вся московская братва, более или менее уважающая себя. Поэтому первым местом, которое Андрей решил взять под опеку, был магазин, торгующий автозапчастями. Вторым местом было небольшое кафе. 

Первым делом он подъехал в магазин автозапчастей.
— Кто хозяин? — поинтересовался он у продавца. Тот растерянно молчал. — Кто старший, я 

спрашиваю? — Андрей своим видом показывал, что в магазин пришел не в гости, а с достаточно серьезными намерениями. 

— Сейчас я менеджера позову, — быстро ответил продавец.
Вскоре в зале появился мужчина в костюме и темной рубашке с галстуком. 

— Кто меня спрашивал? — проговорил он.
— Ты тут старший будешь? — спросил Андрей.
— Я. Что вы хотите?
— Пойдем побазарим. — Андрей направился в сторону подсобки. 

Вскоре они с менеджером сидели за небольшим столом. — Тебя как зовут? — спросил Андрей.
— Володя.
— Как бизнес у вас идет, Володя? 

— Да ничего, потихоньку... А вы что хотите предложить? 

— Я хочу предложить тебе охранные услуги. Мало ли что, наезды всякие... Контора мы серьезная, — начал нахваливать себя Андрей. Но Володя неожиданно прервал его: 

— Простите, пожалуйста, я не знаю вашего имени... — Андрей меня зовут.
— Андрей, у нас уже есть охранная структура.
— А что за люди? 

— Я не знаю. Они себя не называют, но мы давно им платим. 

— А если ты блефуешь, если ты меня просто «разводишь»? Ты знаешь, что за это тебе может быть? 

— Знаю, — спокойно ответил Володя. — Давайте я вас с ними свяжу. — Он вытащил из бокового кармана пиджака мобильный телефон и набрал номер. — Алло, это я, Володя. Тут люди пришли, тебя спрашивают... — Он протянул трубку Андрею. 

— Алло, — грубо произнес Андрей, — кто говорит?
— Меня Гера зовут, я из Перова. А ты кто? Представься.
— А я Андрей, из Уральска.
— Откуда? — удивленно проговорил Гера. — Что-то я о таких не слышал... Короче, через час на 

Краснохолмском мосту будешь? На стрелку подъедешь? Андрей взглянул на часы. 

— Подъеду. 

— Ну, тогда до встречи, братан!
Андрей хотел спросить, как они найдут друг друга, но понял, что этот вопрос был неуместен. Он 

выключил телефон и протянул его Володе. Тот пожал плечами, как бы говоря — разбирайтесь сами, мне все равно, с кем работать. 

Андрей встал.
— Ну ладно, смотри, если ты блефуешь, — он грозно посмотрел на менеджера, — то знай, что за 

это тебе придется ответить. Мы твой бизнес заберем.
— Да вы что, ребята, какой блеф! Там тоже пацаны серьезные...
— Ладно, посмотрим, что за братки у тебя, — усмехнулся Андрей. 

Минут через сорок Андрей с ребятами ехал в сторону Краснохолмского моста. Остановившись возле гаишника, парень, сидевший за рулем, спросил: 

— Товарищ лейтенант, а где тут Краснохолмский мост? Гаишник удивленно посмотрел на него. 

— Ты правильно едешь. По набережной прямо до конца, с левой стороны мост большой будет. Это он и есть. 

— Спасибо, товарищ лейтенант! — Парень нажал на газ. 

— Ты что, придурок? — ткнул его в бок Андрей. — У ментов место будущей стрелки спрашиваешь? 

— А у кого же еще спрашивать, как доехать? Куда ни плюнь — все вокруг приезжие, — стал оправдываться водитель. — Я часто спрашиваю, никто не знает в этой Москве, где что находится. 

Вскоре ребята были у Краснохолмского моста. Подъехали на двух машинах, в которых было шестеро. Андрей вышел и осмотрелся. 

— Ну, и где же перовская братва? — спросил один из ребят. — Сейчас подъедут, наверное.
— Может, нам на другой стороне встать?
— Вроде на этой договаривались... 

— Смотри, машины подъезжают. Это они или менты?
Действительно, появились четыре машины, из которых вылезло человек шестнадцать. Андрей 

оглядел их. Нелепо получилось — их всего шестеро, а с той стороны — шестнадцать... Ладно, стрелка есть стрелка, надо базарить. 

— Ты, что ли, Андрей? — К Голикову подошел высокий парень с бритой головой. — Я.
— Здорово, братан! Я — Гера. Какие дела?
— Да вот точку пробивали... 

  • —  Точка эта наша. Мы туда даже бабки свои влили. Так что, извини, брат, тебе тут ничего не обломится.
  • —  Да я вижу...
  • —  Ты, говоришь, откуда, из Уральска приехал? А что, у вас только шесть человек? — Гера посмотрел на стоящих неподалеку ребят.
    — Нет, нас больше. Зачем сюда толпу везти?
    — Это тоже верно. Кого в Москве знаешь?
    — Мы с Сильвестром работаем.
    — С Сильвестром? — удивленно переспросил Гера. — Сильвестр — мужик серьезный. А ты,
    случаем, не «ерша» мне тут гонишь? — недоверчиво усмехнулся он. — А что, не похоже?
    — Люди Сильвестра более «упакованы», не на «шестерках» ездят, а на нормальных тачках. Андрей кивнул.
    — Мы особо не светимся.
    — Понятно... Ну что, держи краба. — Гера протянул руку. — Если что — на «трубу» звони, мой номер теперь знаешь.
    — Гера, извини, что так получилось, что потревожил тебя... — сказал Андрей.
    — Ничего, все нормалек! Мы на такие стрелки знаешь сколько раз в день ездим? Все голодные, по Москве рыскают, нас от серьезных дел отрывают.
    Андрею стало неприятно от таких слов. Гера специально унижал их, имея в виду, что они — голытьба какая-то. Да, с шестью ребятами дело не пойдет. Надо что-то придумывать.
    Подготовка к устранению Глобуса шла полным ходом. Наконец наступил назначенный день. В принципе акция должна была состояться накануне, но не было возможности. Ребята из группы устранения и группы прикрытия работали вместе второй день. Но место для устранения Глобуса пока еще выбрано не было. Андрей в это время старался мелькать в местах большого скопления народа, чтобы было ясно, что он не при делах.
    Вот и сейчас, вечером, он был вместе с Сильвестром в одном из ночных клубов. Он говорил о пустяках с девчонками, время от времени доставал из кармана мобильник и поглядывал на дисплей, есть ли связь. Андрей очень волновался. Он знал, что сейчас Глобус должен быть в ночном клубе и там все должно произойти. Если, конечно, снова что-нибудь не помешает... А связь и в самом деле была неустойчивой. Перейдешь на другое место — там уже мобильник не работает. Поэтому Андрей иногда подходил к окну, выходящему на улицу, будто бы проверяя, стоит ли его машина на стоянке, а сам вглядывался в дисплей телефона...
    Часов около четырех утра, когда Андрей уже собрался покинуть клуб, раздался телефонный звонок. Это был один из ребят.
    — Работа сделана, — коротко проговорил он. — Все нормально, потерь нет?
    — Нет, все ушли спокойно.
    — А человек?
    — Человека нет.
    — Через час встречаемся на вокзале. — Андрей знал, что после акции ребят необходимо убрать из города и отправить по различным местам.
    Вскоре Голиков входил в здание вокзала. Увидев, что вся его команда в сборе, он слегка улыбнулся, подошел к ним и расспросил, как прошла акция по устранению Глобуса. На сей раз все было благополучно.
    — Мы его «пасли», — первым заговорил паренек по имени Виктор. — Они подъехали целой командой к ночному клубу. Часа три-четыре там тусовались. Потом он с телками вышел. Охрана шла сзади. Ну, Санек огонь открыл. Он лежит... Они там какого-то парня порезали, беготня, суета началась, мы ушли.
    — Молодцы, — сказал Андрей, осматривая ребят. — Теперь все в отпуск! — Он вытащил из кармана деньги. — Билеты возьмете до нашего города, недельки через две звоните мне на трубку. Я скажу, когда приехать, лады? А основную премию получите, когда вернетесь. Все, ребята, пора! Счастливо вам добраться. И главное, в городе языками не трепите, что и как. И сами там поаккуратнее будьте. — Андрей вспомнил недавние разборки с Грушей.
    Когда ребята уехали, Андрей сел в машину и отправился домой. Нужно было выспаться.
    На следующий день он сидел в том же небольшом ресторанчике, где должна была состояться встреча с Сильвестром. Вскоре появился Сильвестр.
    Андрей протянул ему руку.
    — Все знаю, — опередил его Сильвестр. — Молодцы, хорошо сработали! Чисто, аккуратно. По
    всей Москве базар идет. Мне уже предъяву пытались тут сделать. Два жулика звонили, интересовались, не моих ли рук дело. Я им говорю — не понимаю, о чем вы говорите! Так что молодцы, Андрюха, красавцы! — одобрительно улыбнулся Сильвестр. — Все правильно исполнили.

— Ну что, Иваныч, давай базарить по поводу доли в ночном клубе, — начал Андрей. 

— Да ты что, Андрюха, какой базар! Они же сразу поймут, в чем дело. Погоди чуть-чуть. Не время пока это делать. На, бабки возьми. — Сильвестр вытащил из кармана толстую пачку долларов. — Пацанам раздашь. Молодцы, сделали работу нормально. Там у него еще заместители остались... Но об этом потом. Все, Андрюха, извини, уезжаю, в Италию еду погреться. А то эти законники снова разборку устроят. — Сильвестр встал и направился к выходу. 

«Все, опять меня продинамили, — подумал Андрей. — Ясно, что никакой доли у меня не будет...» 

В этот же вечер Голиков встретился с Ледогоровым. Он коротко рассказал ему об устранении Глобуса, а также о встрече с Сильвестром. 

— Вот такие дела, — закончил он. 

— Здорово тебя Сильвестр «развел», — сказал Ледогоров. — Думаешь, он тебе долю отдаст? Да никогда в жизни! Он всегда причины найдет. Сейчас — подозрения, завтра что-нибудь новое придумает. 

— Я понимаю, — кивнул головой Андрей. 

— Короче, — проговорил Ледогоров, — тебе нужно кого-нибудь из его заместителей... Ты меня понимаешь? 

— Вот об этом я и хотел поговорить. Помощь нужна.
— Какая?
— Короче, у меня есть несколько кандидатов, — и Андрей стал подробно рассказывать 

Ледогорову о структуре, которая ходила под Сильвестром. А структура была достаточно обширной. Дело в том, что Сильвестр смог объединить многочисленные враждующие между собой «бригады» ореховской группировки, около двадцати. Каждую возглавлял лидер. Соответственно, у каждой были свои подшефные коммерческие структуры. Поэтому Андрей разработал свой план. Для него было бы идеальным ликвидировать одного из «бригадиров» группировки и уговорить Сильвестра, чтобы эта группировка вместе с коммерческими структурами перешла под его начало. Если Сильвестр ночной клуб не отдаст, то, скорее всего, «бригаду» отдать сможет. А устранение «бригадира», естественно, свалят на бауманских. 

— Так какая помощь-то нужна? — повторил Ледогоров. 

— У меня есть два кандидата. — Андрей вытащил листок бумаги и протянул Ледогорову. — Нужно узнать, где они живут, где тусуются. Мне самому неудобно это делать, не дай бог, заметят, сразу подозрения будут. 

— Ясно, в этом мы поможем. Дня через три получишь информацию.
Действительно, через три дня Андрей получил нужную ему информацию по обеим кандидатам. 

Один из них — Сережа Звонарев по кличке Звонок, второй — Коля, его фамилии Андрей не знал. Кличка Коли была странная — Йогурт. Оба были «бригадирами». У Звонарева была группировка около тридцати человек, и коммерческих структур у него было двенадцать-четырнадцать. У Йогурта было поменьше и людей, и подшефных структур. Но Йогурта взять было трудно — он постоянно менял свое местонахождение. У него было несколько любовниц, к которым он ездил каждый вечер. Угадать, к кому он поедет сегодня, было невозможно. Со Звонаревым было проще. У того была только одна любовница, и он ездил ночевать или к себе домой, или к ней. Поэтому его путь можно было вычислить довольно просто, устроить засаду около обоих домов. 

Но Андрей решил сделать проще. Однажды он пригласил Звонка поужинать с ним в ресторане. После этого он хотел найти парочку девиц и предложить поехать потрахаться с ними в одно местечко. А там их будут ждать ребята из группировки Андрея, кто остался в Москве. Ребята должны работать в масках, которые Андрей приобрел заранее. Увидев Звонка, ребятам нужно будет сразу убить его. Андрея же должны задеть, но слегка. Все это должно быть списано на бауманских. После этой акции Андрею следует переговорить с Сильвестром о том, чтобы группировка, оставшаяся без «бригадира», перешла под его опеку. Причина — то, что он тоже пострадал. 

Все было просчитано до мельчайших деталей. Теперь необходимо было все провернуть. 

Андрей со Звонком сидели в ресторане и пили «Абсолют». Звонок выпил много, но совершенно не пьянел. 

— Ну что, Звонок, — произнес Андрей, — давай телок снимем. — Он посмотрел на часы. Было уже около часа ночи. — Поедем отдохнем! 

— А чего снимать? У меня своя есть, — ухмыльнулся Звонок. 

— Она тебе еще не надоела? — улыбнулся Андрей. — Смотри, какие классные! — Он показал на соседний столик. Там сидели четыре девушки. 

— Что, сразу четырех? — спросил Звонок. 

— Зачем? Давай двоих снимем.
Звонок кивнул. Андрей тут же встал и подошел к соседнему столику. Договориться с девчонками не 

стоило никакого труда, такса была постоянной.
— Короче, я вон ту беленькую тебе взял, — сказал он Звонку, возвратившись за свой столик. — Крашеная, — хмыкнул Звонок.
— Ну и что? Ты на ней жениться, что ли, собираешься? — засмеялся Андрей. — Поехали! — А куда?
— Хочешь, ко мне поедем, у меня тут квартира недалеко... 

— Да зачем к тебе? Поехали лучше ко мне, у меня хата упакованная.
— Сначала ты с беленькой, я с рыженькой, — сказал Андрей, — а потом поменяемся. — Принято! — хохотнул Звонок. — Я сейчас пацанам отзвоню, пусть подтянутся.
— Зачем это? — насторожился Андрей.
— Как зачем? Мало ли что... Мы же сейчас в войне, — намекнул Звонок на ситуацию с 

бауманскими.
— Да ладно, тут мои пацаны рядом, зачем твоих дергать? Лишнее внимание только привлекать. 

Тем более их еще ждать надо.
— Ладно, уговорил, поедем с твоими, — махнул рукой Звонок. 

Вскоре, нагруженные спиртным и закусками, ребята с двумя девчонками вышли из ресторана и уселись в иномарку, на которой ездил Звонок. Из его людей в машине был только водитель. Двое ребят Андрея должны были сопровождать их сзади. Вскоре машины отъехали. Теперь все должно было развиваться по плану Андрея. 

Андрей ехал молча и пытался узнать место, где жил Звонок. Несколько дней назад Ледогоров передал ему подробное описание всех мест, где тусовался Звонок, в том числе и его квартиры. Андрей ездил туда с ребятами, внимательно осмотрел подъезд, куда входил Звонарев, когда приезжал ночевать домой. По плану группа сопровождения, которая ехала сзади в «Жигулях» Андрея, должна была якобы потеряться. На самом деле ребята должны были обогнать их, добраться до подъезда Звонка раньше и уже в масках ждать там. 

Звонок на заднем сиденье обнимался с одной из проституток. Андрей сидел впереди, время от времени поглядывая на водителя. Телок можно не трогать. Но водителя нужно будет убрать обязательно. «Интересно, — думал он, — догадаются ли об этом ребята? И как у них это получится? Ведь их только двое...» 

Андрей начал волноваться.
— Долго еще? — спросил он, повернувшись к Звонку.
— Нет, скоро уже...
— Мы где сейчас?
— На Самотеке, — ответил за Звонка водитель. — Еще чуть-чуть, и мы приедем. 

Андрей понял, что Звонка развезло после выпитого. 

Вскоре машина остановилась возле кирпичного девятиэтажного дома сталинской постройки, который располагался недалеко от метро «Добрынинская». Вся компания медленно выползла из салона. Андрей тут же стал осматриваться по сторонам, но ребят не увидел. Черт возьми, неужели они не успели добраться? Все дело сорвется... «Ничего, — думал он, — сейчас я им позвоню». Он нащупал в кармане мобильный телефон. 

Тем временем Звонок, вышедший из машины, не удержался на ногах и упал. Водитель поднял его и поставил на ноги. 

— Ладно, я сам, — проговорил Звонок, медленно ворочая языком. — Значит, так, машину помой и завтра жди звонка. Утром позвоню. 

— Во сколько, шеф? — спросил водитель. 

— Не знаю, как карта ляжет. Все, давай, братан! — Звонок хлопнул водителя по плечу. Тот повернулся и пошел к машине, сел за руль, но уехать не торопился. 

Андрей быстро взял Звонка под руку, чтобы тот не упал в очередной раз, и направился к дому. — Это, что ли, твой подъезд? — спросил он.
— Да, этот... 

Андрей шел медленно, оглядываясь на машину Звонка. Водитель наконец включил зажигание и медленно тронулся с места, покидая двор. 

Войдя в подъезд, Андрей понял, что ребята на месте, так как лампочка на этаже не горела. — Черт, опять лампочка перегорела! — ругнулся Звонок. Он начал крутить головой. — 

Девчонки, вы где? — Неожиданно он громко спросил: — А ты кто?
Тут Андрей услышал два выстрела. Он резко пригнулся и отскочил в сторону — так было 

задумано по сценарию. Проститутки завизжали.... 

ГЛАВА 23 

Адвокат простоял у подъезда еще минут 5 — 7. Затем осторожно вошел в свой подъезд и остановился. Прислушался. Была полная тишина. Адвокат решил подниматься к своей квартире пешком. 

Поднявшись на свой этаж, он быстро подошел к своей двери, открыл квартиру и вошел вовнутрь. Пройдя пару шагов по коридору, он устало присел на стул, стоящий рядом со шкафом для одежды. «Нервы пора лечить», — подумал адвокат. 

Он выпил снотворное и, отключив все телефоны, заснул... 

Адвокат подъехал к следственному изолятору Бутырка к двенадцати часам. Он прошел по залу, где находилось много адвокатов и следователей, и пробился к небольшому окошку, за которым сидел сотрудник изолятора, ведущий учет посетителей. Просунув в окошко удостоверение, он спросил: 

— Скажите, пожалуйста, следователь Николаев пришел?
Женщина быстро перебрала несколько листочков с записями и ответила: 

— Да, пришел.
— Он меня вписал в требование. — Адвокат назвал свою фамилию. — Да, проходите. Пропуск уже готов. 

Миновав зал, Косырев поднялся по ступенькам и показал удостоверение на первом КПП, назвав фамилию следователя и свою, добавив, что пропуск заказан. Через несколько минут он получил два жетона — один на выход, другой — на предъявление требования. Взяв заранее выписанное требование, он поднялся еще на этаж выше. Пройдя по длинному коридору, он оказался в большом зале, посередине которого стоял стол, огороженный прозрачной ширмой. За столом сидела еще одна сотрудница изолятора. По стенам, справа и слева, располагались двери так называемых следственных кабинетов, где адвокаты и следователи встречались со своими подопечными. 

Адвокат протянул сотруднице первый жетон и листок с фамилией своего клиента. Женщина молча стала записывать данные в большую амбарную книгу — фамилия заключенного, фамилии адвоката и следователя. 

— Скажите, следователь Николаев не проходил? — снова спросил адвокат. 

— Он в тридцать шестом кабинете.
Косырев оставил жетон и требование и направился к указанному кабинету. Приоткрыв дверь, он 

увидел, что следователь Николаев разговаривает с одним из арестованных. Адвокат понял, что эта беседа не по его делу, поздоровался и вопросительно посмотрел на Николаева. 

— Вы можете минут десять подождать? — проговорил тот. — Я скоро закончу, и мы займемся вашим подопечным. 

Адвокат кивнул головой и отправился на поиски свободного кабинета. Найдя место, он посмотрел на часы, отмерил время и задумался... 

Прошло уже немало времени с тех пор, как он начал работать с Андреем Голиковым, точнее с его людьми. Работы было много. Хотя Андрей и говорил, что ребята из его родного города являлись сотрудниками частного охранного предприятия, задерживались они в основном за перевозку оружия. Вскоре адвокат стал получать информацию от оперативников, что это уральская группировка, смело действующая под «крышей» ореховской. За время работы с ними адвокат побывал практически во всех отделениях милиции города, был знаком со многими оперативниками и следователями. Как ни странно, ребят Голикова задерживали очень часто. Адвокат, мотаясь по Москве, оказывался в отделениях милиции разных районов, где занимался освобождением подчиненных Голикова. В большинстве случаев успех достигался достаточно быстро. Адвокат умело пользовался несовершенством Уголовно-процессуального кодекса, а также лавировал между законом и оперативно-розыскной деятельностью, умело замечая ошибки и неточности, которые допускали оперативные работники. Почти всех он выпустил, разрушив многие уголовные дела и вызвав вполне естественную озлобленность и раздражение оперативников многих отделений милиции. Тогда адвокат не знал, что группировкой Голикова заинтересовался МУР и ее взяли в разработку. Адвокат же продолжал работать, не задумываясь ни о чем. В большинстве случаев ему просто везло. 

И сейчас он прибыл в изолятор с радостной миссией — освобождать одного из ребят. Двое подопечных Голикова, Игорь и Виктор, ехали на машине, имея при себе два «ствола». Их остановила патрульная машина. Вскоре их доставили в одно из отделений милиции, спустя некоторое время они были арестованы за незаконное хранение оружия. А дальше началось самое интересное. Когда об этом узнал Голиков, он попросил адвоката срочно поехать в отделение милиции и постараться что-либо сделать. Но вскоре Косырев получил новую инструкцию. Игорь должен был все взять на себя. Его напарник, Виктор, должен был быть отпущен. Тогда адвокат еще не знал, что Игорь специально решил сесть года на два за перевозку оружия, чтобы уйти от другой статьи — обвинения в убийстве, которое вовсю раскручивалось МУРом. Игоря по приказу Андрея решили спрятать в следственном изоляторе, а потом — в колонии. Получив такое указание, адвокат должен был сегодня провести новый допрос, после которого рассчитывал на то, что Виктора отпустят, так как он формально никакого отношения к перевозке оружия не имел. 

Адвокат снова взглянул на часы. Уже прошло пятнадцать минут. Пора было выходить. Он вышел из кабинета в коридор, в котором сидела дежурная по изолятору. Увидев за столом уже знакомую ему Нину Петровну, адвокат, улыбаясь, направился к ней. Он всегда старался поговорить с сотрудниками изолятора. От них многое зависело. Можно было быстро получить клиента, а можно было просидеть, ожидая его, часа три-четыре, так как твое требование могут положить в самый конец. А поскольку у адвоката были хорошие отношения со многими сотрудниками следственного изолятора, для него всегда была «зеленая улица». И теперь, увидев Нину Петровну, он подошел к ней и поинтересовался ее здоровьем. Женщина приветливо улыбнулась и, выписав требование другому адвокату, посмотрела по сторонам, нет ли кого рядом. Но вокруг никого не было. 

Женщина кивком головы показала адвокату, чтобы он наклонился к ней, и шепотом сказала:
— Я хочу вас предупредить. Вчера приходили оперативники из уголовного розыска, выписали 

всех ваших клиентов, которые сидят у нас. Будьте осторожны! — Она снова посмотрела по сторонам, определяя, не слышал ли кто ее, и опять начала перелистывать журнал. 

ГЛАВА 24
Из подъезда выскочили две темные фигуры. 

— Уходим! — раздался громкий голос. — Шухер!
Андрей быстро подбежал к Звонареву. Тот лежал на полу. Обе пули попали в голову. Девчонки не 

замолкали.
— Все, девчонки, уходим, сейчас менты появятся! Я же в розыске, — произнес Андрей негромко 

и выскочил из подъезда.
Немного пройдя пешком, Андрей поймал такси и добрался до дому. Сразу же он позвонил ребятам 

и приказал срочно уезжать в родной город, там затаиться. 

На следующий день в Москву вернулся Сильвестр. Он сразу же собрал всех «бригадиров» в одном из подмосковных кафе. Об убийстве Звонка сообщили в телепрограммах, многие газеты вышли с заголовками, что убит криминальный авторитет, один из лидеров ореховской группировки. Газетчики давали свои комментарии по поводу того, кто мог убить Звонарева. Основными были две версии — либо враждующая группировка, которая не называлась, но знающий человек без труда мог догадаться, что имелись в виду бауманские, либо это был один из коммерсантов, на которого Звонок очень жестко «наехал». Обе версии очень устраивали Андрея. 

Приехав на совещание к Сильвестру, Андрей вошел в небольшой зал кафе, находящегося на Каширском шоссе. Вся команда была в сборе, ждали Сильвестра. 

— Андрюха, — спросил один из «бригадиров», нарочно повысив голос, чтобы все слышали, — говорят, ты вчера вместе со Звонком был? Как же ты жив остался? 

— Да вот так и остался... Неизвестно, кто должен был остаться. — Андрей намекнул, что и его могли «заказать» после убийства Глобуса. 

Вскоре появился Сильвестр. Он сразу же начал разговор. — Где его водила? — спросил он. 

В зал вошел Никита, тот самый водитель Звонка, который был вчера за рулем. — Ну, давай рассказывай, что случилось! — продолжил Сильвестр. 

Никита стал подробно рассказывать, как они вчера ехали, как у подъезда он высадил компанию и уехал. 

— Чего же ты своего босса бросил? — спросил Сильвестр.
— Так он же мне сам сказал...
— Мало ли что он тебе сказал! — Сильвестр повысил голос. — Ты должен был довести его до 

квартиры! — Он бросил взгляд на одного из «бригадиров» по кличке Мясник и кивнул ему головой. Тот встал, подошел к Никите и похлопал его по плечу. 

— Пойдем, Никита, побазарим, — сказал он негромко.
Никита с Мясником вышли из кафе. Позже Андрей узнал, что Никиту вывезли в лес и жестоко 

избили, наказав за допущенный прокол.
— Ну что, братва, как думаете, кто Звонка завалил? — спросил Сильвестр ребят. Все молчали. — 

Газеты пишут, коммерсант мог его «заказать». — Сильвестр посмотрел на паренька, который представлял на совещании группировку убитого и еще вчера был его правой рукой. — Веня, скажи, на какого коммерсанта вы последний раз «наезжали»? 

— Иваныч, у нас все тип-топ было! — проговорил парень. — Ну, «наехали» на одного... Ресторанчик небольшой у него. Назвались твоим именем, там никакого базара не было. Не знаю, какой жесткий вариант, какой «наезд», все нормально было, — повторил Веня. 

— Ладно, пацаны, — сказал Сильвестр, — мы это дело раскрутим. Скорее всего, это бауманские, за Глобуса мстят. Но мы к этому никакого отношения не имеем, — громко добавил он, чтобы слышали все «бригадиры». Все прекрасно знали, что Андрей и его «бригада» убрали Глобуса. Но, по правилам, никто указаний Сильвестра не обсуждал. — Все, братва, расходимся аккуратненько. Я и так рисковал, что вас всех тут собрал. И враги могли нас накрыть, и менты... Андрюха, — Сильвестр повернулся к Голикову, — ты останься. 

Ребята разошлись.
— Давай-ка с тобой пообедаем, — предложил Сильвестр. 

Он подозвал официанта. Вскоре на столе появились закуски, бутылка дорогого белого вина. Сильвестр налил в бокал вина и разбавил его водой. Отпив глоток, он заговорил: 

— Послушай, Андрюха, а это не ты, случайно, Звонка «заказал»?
Андрей занервничал. Он же хотел просить Сильвестра, чтобы группировка погибшего перешла к 

нему, а тут на него «косяк» вешают...
— Ты что, Иваныч, ты о чем? — изобразил удивление Андрей. — Мы же с ним вместе в подъезд 

входили. И потом, все мои ребята в отъезде после... — Я тебя понял, — перебил его Сильвестр. — Я всех отпустил. 

— Я понял, — повторил Сильвестр, останавливая Андрея, чтобы тот не называл вслух имени Глобуса. — Да я просто так, на всякий случай, ты не волнуйся. В общем, нам надо теперь еще одного кореша из бауманских «исполнить» по кличке Валет. Сто процентов Звонок — это их работа! 

— Иваныч, я хотел поговорить с тобой насчет своей доли... — начал Андрей. 

— Да погоди ты со своей долей, — отмахнулся Сильвестр. — Посмотри, какие дела идут! Кстати, через два дня будем Звонка хоронить. 

— Я понимаю, тебе сейчас трудно принимать решения, — стоял на своем Андрей, — но и ты меня пойми — мне надо как-то ребят своих кормить... 

— Что, опять деньги нужны? — Сильвестр полез в карман пиджака. 

— Нет, я хочу вот о чем тебя попросить... «Бригада» Звонка осталась одна, без лидера. Ты ведь Веньку не хочешь поставить? Он еще «зеленый»... 

— Там все молодые, — сказал Сильвестр. — Зато они друг с другом общий язык легко находят. Годика два Венька поработает, потом тоже в землю ляжет. Они долго не живут. 

— Короче, Иваныч, я там тоже пострадал, меня чуть не ранили. И поэтому я хочу «бригаду» Звонка возглавить. 

— Как ты к теме-то подошел! — усмехнулся Сильвестр. — А может, и правда ты Звонка «исполнил», чтобы «бригаду» его забрать с коммерческими структурами? 

— Да зачем это мне надо? Просто в дело хочу включиться. Или мне долю свою ждать, Иваныч? Сильвестр помолчал. 

— Ладно, забирай, мне-то что... Только с пацанами сначала побазарь, если они тебя примут. А я не против. По коммерческим структурам, которые у Звонка были, мы с тобой потом отдельно побазарим. Все, заканчиваем разговор, расходимся. 

Сильвестр встал и быстро вышел из зала. 

Андрей остался сидеть за столиком, анализируя разговор. Вроде бы все сложилось, как ему нужно. Но хитрость и дальнозоркость Сильвестра поражали его. Как он чувствует ситуацию! «Сразу на меня «косяк» повесил, — думал Андрей. — «Бригаду» отдал, но сказал, что о коммерческих структурах еще поговорит... Конечно, выпросишь у него коммерсов! Ну ничего, это будет вторым этапом. Сейчас нужно побазарить с братвой». 

Андрей вышел на крыльцо. Около машины возился Венька. — Вениамин, поди сюда! — сказал Андрей. — Базар есть! 

Тот медленно подошел.
— Что за базар? — спросил он.
— Мне с братвой твоей нужно встретиться, одну тему перетереть.
— А Иваныч в курсе?
— Да, конечно.
— Он мне ничего не говорил...
— Погоди, сейчас все решим. — Андрей вытащил из кармана мобильный телефон и быстро 

набрал номер Сильвестра. — Алло, Иваныч, это Андрюха. Здесь Веня рядом стоит. Ты ему скажи, что мне обещал... 

— Передай трубку Вене, — проговорил Сильвестр.
Андрей протянул телефон парню. Тот приложил телефон к уху. 

— Да, Иваныч, слушаю... Понял тебя, хорошо. Все сделаю... Все понял. Веня протянул телефон Андрею. 

— Ты все понял? — переспросил Андрей. 

— Конечно, — кивнул головой Веня. — Поехали к ребятам, они сейчас в спортзале.
Вскоре Андрей с Веней подъехали к одному из спортзалов, находящемуся в Орехово-Борисове. 

Веня оказался прав. Вся команда из шестнадцати человек была там. Они играли в футбол. Веня махнул им рукой. Все остановились и подошли к ним. 

Андрей молчал. А вдруг Сильвестр все переиграл и хочет спустить на него стрелки? А вдруг и Вениамин в курсе дела? Сейчас Андрей один, все его ребята в Уральске... 

— Здорово, братва, — проговорил Андрей. — Вы меня знаете?
— Слышали, — ответил один из ребят, взглянув на Веню.
— Тут такая тема... Короче, Звонка хоронить будем завтра. Наша задача — найти тех, кто его 

«положил». Поэтому Иваныч, — Андрей сделал паузу, — поручил мне разобраться по этой теме. Будем искать тех злодеев, которые Звонка в землю положили. Короче, пацаны, теперь вы со мной работать будете. — Андрей взглянул на Веню. — Вениамин будет моей правой рукой, с теми правами, что были у него при Звонке. Вопросы есть? 

Пацаны неуверенно пожали плечами. Они не понимали, что случилось. Но обсуждать приказ Сильвестра никто не решился. 

— Все поняли. А что делать-то надо? — спросил тот же паренек. 

— Что делать? Сначала познакомиться надо с каждым отдельно. Вы расскажите, как связь со Звонком держали... 

Андрей рассказал немного о себе, о своих проблемах, которые были у него в Уральске, сказал, какие у него широкие возможности и какой он бесстрашный человек. Ребята внимательно выслушали его. Затем договорились о местах встреч и способах вызовов друг друга, которые осуществлялись по цепочкам. Андрей должен был отзванивать звеньевым. Те имели по нескольку подчиненных. Таким образом, «бригада» собиралась в условленном месте в течение тридцати-сорока минут. 

Когда встреча закончилась и Андрей собрался уходить, зазвонил мобильный телефон. — Здорово, Андрюха, — услышал Андрей.
— А кто это?
— Как кто? Иваныч. Не узнаешь, что ли? 

— Нет, не узнаю. — Андрей насторожился. Действительно, голос звонившего был похож на голос Сильвестра, но не совсем. 

— Ты что сейчас делаешь? — продолжал собеседник. — С пацанами встречаешься? — В общем, да...
— Давай подъезжай к бильярдной. Побазарить кое о чем нужно.
— Хорошо, буду минут через тридцать. 

Андрей убрал телефон и обернулся к ребятам.
— Все, расходимся. Меня Иваныч вызывает. — Андрей специально подчеркнул последнюю 

фразу.
Неприятные мысли закрутились в его голове. Андрей быстро сел в машину и поехал к бильярдной, 

где обычно он встречался с Сильвестром.
Вскоре он был на месте. Сильвестр играл в «американку» с одним из пареньков. Увидев Андрея, он 

положил кий, подошел к нему, похлопал по плечу и отвел к окну.
— Ну что, Андрюха, команду принял? — спросил Сильвестр, улыбаясь.
— Да, мы же с тобой договорились. — Андрей вопросительно посмотрел на Сильвестра, стараясь 

понять, не изменил ли тот свои намерения по поводу того, чтобы он возглавил «бригаду» покойного Звонка. — А что ты там за следствие собираешься устраивать? — неожиданно спросил Сильвестр. 

Андрей понял, что кто-то из ребят уже успел доложить Сильвестру, о чем велся разговор в спортзале.
— Я так понимаю, что надо найти тех, кто Звонка «завалил», бауманских...
— Да какое следствие, парень? — недовольно продолжил Сильвестр. — Ты мне лучше тех телок 

найти помоги.
— Зачем телок искать? — удивленно спросил Андрей. — Надо с них информацию снять. 

Андрей понимал, что Сильвестр все же подозревает его в том, что именно он устранил Звонка.
— Они в ночном клубе, где мы со Звонком были, тусовались. По-моему, они там постоянно сидят. 

Я их тебе покажу. Хочешь, сейчас поедем...
— Сейчас они спят, — усмехнулся Сильвестр. — Вечером надо ехать, когда они на работу 

выйдут. Ладно, с этим все. У меня к тебе еще один разговор есть. Тут такая тема. Если ты начал говорить, что следствие устроишь, то надо будет еще одного «перца» убрать. Знаешь Валета, я про него тебе уже говорил? Вот с ним и начинай работать. Он был правой рукой Глобуса. Теперь его очередь настала. Ты же обещал следствие закончить? — медленно проговорил Сильвестр. 

— Я понял, — кивнул головой Андрей, — сделаю. Вот пацаны мои из города приедут — и сделаю. 

— Теперь про пацанов. Ты принял команду Звонка — я не против. Время покажет, что будет. Если братва тебя примет — я не в претензии. Но твоя команда, из твоего города, она так и останется работать по той теме... 

— Как киллеры? — уточнил Андрей. Сильвестр недовольно посмотрел на Андрея: 

— Зачем ты лишние слова говоришь?
— Все понял. Прости, Иваныч...
— Хорошо. Вызывай своих орлов, пусть начинают работать. Время дорого! Я в Италию хочу 

поехать, отдохну немного, здоровье поправлю.
Тут зазвонил мобильный телефон. Сильвестр достал трубку. 

— Алло, слушаю... Здорово! — произнес он.
Андрей понял, что звонит кто-то из тех людей, кого Сильвестр уважает. 

— Понял... — продолжал Сильвестр разговор. — А я тут при чем? Я же говорил, я к ним никакого отношения не имею. Да, были разборки. Но это же не повод! Почему на похоронах не был? В отъезде был, здоровье поправлял... Хорошо. Буду. Когда, во сколько? Хорошо. 

Сильвестр спрятал телефон в карман. Андрей внимательно посмотрел на него.
— Ну вот, опять по Глобусу отрыжка... Воры стрелку мне забили. Неаккуратно вы исполнили — 

на меня «косяк» ложится.
— Иваныч, ты же сам сказал, что мы все аккуратно сделали! — Ладно, говорил, не говорил... 

Сильвестр повернулся и пошел в ресторан. Андрей остался один. Теперь он пытался проанализировать ситуацию. С одной стороны, Сильвестр подозревает его в убийстве Звонка. Но, с другой стороны, убирать его он не будет — Андрей ему нужен. Сейчас такой расклад, что его команде надо убрать Валета. Но если Сильвестра вызвали на стрелку воры, вдруг его там приговорят и исполнят? Тогда у Андрея есть шансы всю империю Сильвестра под себя забрать... 

Андрей решил срочно вызывать в Москву своих ребят. Он тут же поехал на телеграф и отправил телеграмму с зашифрованным текстом одному из ребят, приближенному к нему, чтобы тот передал всем остальным. 

ГЛАВА 25 

Ледогоров подъехал к ресторану «Бангкок» за полчаса до назначенной встречи. Служба в секретном подразделении ФСБ выработала у него определенные меры предосторожности — заранее прибывать на место будущей встречи, определять возможность установки видеоаппаратуры или другого оборудования. Вот и сейчас он внимательно осматривал подступы к небольшому ресторану, расположенному в одном из переулков недалеко от Тверской улицы. 

Ледогоров вошел внутрь и осмотрел зал ресторана, в котором симметрично были расставлены столики. Посетителей было пока немного. Официанты медленно ходили от одного столика к другому, принимая заказы и передавая их на кухню. В увиденном Ледогоров не нашел ничего подозрительного. 

Владимир направился к выбранному им столику, стоящему рядом с окном, чтобы видеть все подходы к ресторану. Хотя встреча была безобидной, никаких особых проблем для Ледогоров не было, он все равно решил обезопасить себя. Для него было странным, что через несколько лет его нашел старый товарищ, с которым они когда-то служили в конвойных войсках в одной колонии. Конечно, Костя Евстигнеев, бывший сослуживец Ледогорова, был проверенным парнем. Работая в исправительно-трудовых учреждениях, они вместе не раз проворачивали незаконные дела. Но с той поры прошло много времени. Ледогорову показалось странным, что ни с того ни с сего Костя позвонил ему и назначил встречу, пообещав рассказать о каком-то выгодном деле. «Во-первых, — думал Ледогоров, — непонятно, как он меня нашел, откуда узнал, что я работаю в ФСБ? Во-вторых, какие у него могут быть ко мне дела? Или, может быть, он попытается «раскрутить» меня на старые, которые мы творили в конвойных войсках? Нет, на эту удочку я не попадусь...» 

Владимир поглядывал на улицу. Он увидел, как около подъезда плавно остановился черный «шестисотый» «Мерседес» с тонированными стеклами, рядом с ним — джип «Мерседес», тоже черный. Ледогоров внимательно посмотрел на машины. Из джипа вышли двое мужчин, одного он узнал сразу же. Это был Костя Евстигнеев. Он был похож на частного охранника, на нем была дорогая кожаная куртка. Костя подошел к «шестисотому» «Мерседесу». Заднее стекло немного опустилось. Костя что-то сказал сидящему внутри человеку, которого Ледогоров не разглядел, и направился к ресторану. Ледогоров быстро осмотрел зал. Ничего подозрительного он не заметил. 

Вскоре Костя показался в дверях. Он сразу увидел Ледогорова и, улыбаясь, махнул рукой, приветствуя его. И направился к столику. 

— Ну вот и встретились! — сказал он, улыбаясь. — Нашел я старого кореша! А ты почти не изменился. 

Ледогоров внимательно посмотрел на Евстигнеева. Тот тоже практически не изменился. В свои сорок два Костя выглядел достаточно молодо, лет на пять младше, такой же подтянутый, только более холеный. Конечно, московская жизнь накладывает определенный отпечаток... 

— А я тебя не узнал сразу, — улыбнулся Ледогоров. — Мы с тобой больше в обмундировании ходили, в пятнистой форме. А теперь... 

— А что ты у окна уселся? — спросил Костя.
— Да веселее, сижу, в окошко поглядываю...
— Понятно. Но дело в том, что у нас столик другой заказан. Он уже сервирован и ждет нас. 

Ледогоров встал и направился к столику, на который показал Костя. Столик стоял в противоположном углу и был уже полностью накрыт. На нем стояли закуски, бутылка водки «Абсолют». 

— Располагайся, — сказал Костя, по-хозяйски указывая на стул.
— Рассказывай, как твои дела, — проговорил Ледогоров, усевшись.
— Ну, как дела? Узнал, что ты уехал в Москву, в серьезной конторе работаешь, — намекнул 

Костя на ФСБ, — да еще в таком отделе...
— А откуда ты это узнал? — поинтересовался Ледогоров.
— А что тут не узнать? Мне ведь тоже предлагали туда, но в последний момент... Ты же знаешь 

мои напряженные отношения с хозяином, он и «зарубил» мою характеристику. А у тебя, как я понял, все благополучно завершилось. 

— А где ты сейчас работаешь? Не в конвойных же войсках? — усмехнулся Ледогоров. — Там вроде такой одежды не дают... 

— Это точно, — улыбнулся Костя в ответ. — Я сейчас работаю в ЧОПе, обслуживаю одного олигарха. Занятный мужик, умный. Бывший математик, поднялся до немереных высот. 

  • —  Да, у нас в России на первой стадии капитализма деньги делаются быстро, — кивнул головой Ледогоров.
  • —  Да что мы с тобой о деньгах! — махнул рукой Костя. — Лучше выпьем! — Он взял бутылку и стал разливать водку. — Давай вспомним старые времена. Неплохие дела мы крутили!
    Ледогоров залпом выпил водку, закусил кусочком рыбы и внимательно посмотрел на Костю, пытаясь понять, зачем он пригласил его сюда. Неужели сейчас будет вспоминать какой-нибудь незаконный эпизод, записывая его? Но Костя снова налил водки и повторил:
    — Да, хорошие дела мы с тобой крутили! Иногда вспомнишь — страшно становится. Но не хочу об этом! И лучше об этом не говорить вслух, — он подмигнул Ледогорову.
    Владимир понял, что разговор будет не о прошлом, а о настоящем.
    — Я вот зачем тебя пригласил, — перешел к делу Костя. — У моего шефа небольшая проблема с
    криминалом возникла. Есть такой отморозок, лидер нескольких группировок с юга столицы. Короче, он его на бабки кинул по банку. Дал своих коммерсантов, какой-то контракт завел, а потом кинул. Мы этих коммерсантов нашли как служба безопасности, а они на него указывают. Поехали с ним разговаривать, а он через некоторое время устроил покушение на шефа. Короче, ты меня понимаешь... Можно, конечно, написать официальное заявление — в РУОП, в МУР. Но мы вспомнили про тебя и решили сначала к тебе обратиться. Естественно, шеф — человек не жадный и очень хорошо тебя отблагодарит, если, конечно, ты согласишься помочь.
    — А что сделать надо? — спросил Ледогоров. — Хотелось бы, чтобы все было в рамках закона...
    — Да ладно, ты за закон не переживай. Здесь главное, чтобы не явно закон был нарушен. А бабки хорошие, взрослые деньги. В общем, я не буду особо тебя напрягать и не буду посредником. Шеф хочет сам с тобой поговорить, с глазу на глаз. У него такое правило, лишних свидетелей не любит.
    — Правильно делает, — улыбнулся Ледогоров.
    — Кстати, вон он идет, — сказал Костя.
    Ледогоров посмотрел на дверь. В зал вошел мужчина небольшого роста, одетый в темный костюм,
    белую рубашку с темно-малиновым галстуком, совершенно лысый. За ним шли двое здоровяков. Приветливо улыбнувшись Косте, мужчина подошел к столику.
    — Давай я тебя познакомлю, — обратился Костя к Ледогорову и повернулся к мужчине. — Семен Абрамович, это Ледогоров Володя, с которым мы вместе служили в конвойных войсках, который сейчас работает в соответствующей конторе. А это Семен Абрамович...
    Костя хотел назвать фамилию, но мужчина остановил его:
    — Фамилия пока не нужна. Я присяду? — Не получив ответа, он уселся рядом с Ледогоровым и
    взглянул на Костю. Тот понял, что ему пора удалиться, и сказал: — Пойду покурю пока...
    Он быстро направился к выходу. Ледогоров с Семеном Абрамовичем остались вдвоем за столиком. — Костя мне о вас говорил, — начал Семен Абрамович, — что вы с ним неплохо работали, что
    человек вы проверенный. — Он сделал паузу, давая Ледогорову понять, что хорошо осведомлен о незаконных делах, которые они проворачивали с Евстигнеевым. — Поэтому я и решил обратиться к вам. — Семен Абрамович подвинул к себе чистую рюмку и налил в нее «Абсолют», потом налил и Ледогорову. — Давайте выпьем, так сказать, за знакомство!
    Они чокнулись. Семен Абрамович, отпив меньше половины, продолжил:
    — У меня возникла небольшая проблема. Я хотел бы, чтобы вы мне помогли. Естественно, не
    бесплатно. Я в этом плане денег не жалею. Если вы мне поможете, то я заплачу столько, сколько вы попросите.
    Ледогоров сидел молча и слушал.
    — Проблема заключается в следующем. Есть один человек — Костя вам его, наверное, уже
    называл, я повторять не буду.
    Ледогоров понял, что Семен Абрамович — человек достаточно осторожный, понимает, что он
    может записывать разговор.
    — Человек, который кинул мой банк. Еще мы выяснили, что этот человек готовил на меня
    покушение. Вы, наверное, слышали о взрыве «Мерседеса» на Новокузнецкой улице?
    — Да, конечно, — кивнул Ледогоров.
    — Правда, мы сделали ответный ход — задержали его гражданскую жену, продержали в одной
    конторе, затем оперативники ее выпустили. А сейчас я располагаю информацией, что этот человек поклялся в своих кругах отомстить мне. Иными словами, меня... — Семен Абрамович сделал знак, показывающий, что его собираются убить. — Поэтому я хотел бы, если это возможно, принять более эффективные меры, после которых этот человек не стал бы ко мне предъявлять какие-либо претензии.
    «Интересно, что он имеет в виду под этими мерами?» — подумал Ледогоров.
    — Естественно, — Семен Абрамович сделал паузу, — эти меры, которые вы можете выбрать, не
    должны повредить вашей карьере, потому что я очень заинтересован в том, что, если акция пройдет благополучно, мы с вами смогли бы и дальше сотрудничать, уже на более постоянной основе. Вы можете спросить Константина — все люди, кто работает со мной, очень довольны. Я ценю надежных и верных людей.

— А что же вы имеете в виду под выражением «эффективные меры»? — спросил Ледогоров, внимательно глядя на собеседника. 

— Я ничего не предлагаю, — замахал руками Семен Абрамович, — это вам решать. Но для меня после применения этих мер этого человека существовать не должно, он никогда не должен напоминать мне о себе. 

Семен Абрамович говорил медленно, тщательно подбирая слова, чтобы было ясно, что имеется в виду физическое устранение этого человека. 

Ледогоров пожал плечами.
— Но вы же понимаете, что это можно трактовать по-разному. Я должен действовать в рамках 

закона...
Семен Абрамович неожиданно оглянулся по сторонам и, понизив голос, сказал: 

— Нам известно, что у вас есть неформальные методы работы с этими людьми, основанные на сотрудничестве с неформальными структурами. 

Теперь Ледогорову стало ясно, что собеседник говорит об уральских, слух о которых уже пошел по Москве. 

— К тому же нам хорошо известно, что эти люди входят в близкое окружение интересующего меня субъекта. 

Ледогоров понял, что каким-то образом Семен Абрамович узнал о группе, с которой он работает. «Вот это да, — подумал он, — хорошая утечка информации!» Хотя утечка могла быть и не со стороны спецслужб, а через братву — те к этому времени находились в Москве уже полгода и могли засветиться. 

— Я не знаю, вопрос достаточно серьезный и тонкий. Нужно подумать, посоветоваться... — проговорил Владимир. 

— Я все понимаю, — кивнул Семен Абрамович. — Да, я не сказал вам, сколько я намерен заплатить за эту работу. — Он достал блокнот и написал на листочке несколько цифр. — Естественно, сумма в долларах, — уточнил он, быстро скомкал листок и, щелкнув зажигалкой, поджег его. — Теперь вы понимаете? Вот и задаток. — Семен Абрамович достал из бокового кармана пиджака пакет и подвинул его к Ледогорову. Тот быстрым движением прикрыл пакет салфеткой. 

— Это что? — спросил он. 

— Это аванс. И он не возвращается, даже если вы не примете наше предложение. Пусть деньги останутся у вас, так сказать, за потерянное время. 

— Хорошо, я должен подумать, — повторил Ледогоров.
— Прекрасно! Сколько вам нужно времени на обдумывание? Трех дней хватит?
— А что, так горит? — усмехнулся Ледогоров.
— Мне ведь тоже не хочется тратить большие деньги на свою охрану, которая сопровождает меня 

двадцать четыре часа в сутки.
Ледогоров прекрасно понимал, что дело не в охране и не в деньгах. Просто человек боится за свою 

жизнь.
— Хорошо, в течение трех дней я свяжусь с вами... Кстати, как я это сделаю?
— Через Костю. Он вам позвонит, и вы с ним встретитесь. Если вы примете наше предложение, то 

методы меня совершенно не волнуют. Мне важен результат. Единственное — если будут какие-то расходы, связанные с этим делом, то вы скажите Косте, и он вам все передаст. А теперь извините, — Семен Абрамович взглянул на изящные золотые часы, — мне пора идти. До свидания! — Вставая, он протянул руку на прощанье. — Очень приятно было с вами познакомиться. 

— Взаимно, — улыбнулся Ледогоров, пожимая холодную ладонь олигарха.
Вскоре Семен Абрамович вышел из ресторана. Буквально сразу же к Ледогорову подскочил Костя. 

— Мне с ним надо ехать. Ты сиди, отдыхай, заказывай что хочешь. Все оплачено. А я тебе через пару дней позвоню, хорошо? 

Ледогоров кивнул головой. Костя выбежал из ресторана вслед за своим шефом. А Владимир остался сидеть за столиком, обдумывая предложение Семена Абрамовича... 

ГЛАВА 26 

Для адвоката такое сообщение контролерши СИЗО было неприятным. Ну что же, значит, он попал в разработку. Теперь уже группировкой Голикова заинтересовался МУР. И он попал в их поле зрения... Надо быть осторожным! 

Адвокат направился к кабинету, в котором находился Николаев. Виктора к тому времени уже привели. Увидев адвоката, Виктор поздоровался с ним. Передав пачку сигарет, адвокат сказал: 

— Вроде тебя должны выпустить...
Он вопросительно посмотрел на следователя. Тот раньше говорил, что если один из проходящих по 

делу возьмет все на себя, то он выпустит второго. В конце концов, это было выгодно для всех. Дело было раскрыто, не надо дожидаться никаких экспертиз, не надо бегать по коридорам и продлевать дело. Один признался — значит, другого можно и выпустить. Николаев молча кивнул головой, подтверждая слова адвоката. 

Виктор улыбнулся: 

— И когда же меня выпустят? Сегодня? 

— Я думаю, да, — ответил адвокат.
Но Николаев неожиданно покачал головой: 

— Не совсем так. Надо ехать в управление, бумаги подписывать. Завтра я их привезу, и вашего клиента выпустят. 

— А не забудете? — спросил Виктор.
— Послушай, ты сидишь уже два месяца, потерпи еще день!
— Хорошо, потерплю...
— А сейчас мы проведем еще один допрос. — Следователь достал листок протокола. Но адвокат 

уже не слушал вопросы, которые задавал следователь, для него они уже не имели значения. Он думал о той информации, которую получил от сотрудницы следственного изолятора Нины Петровны, о том, что теперь у него на хвосте сидит МУР. 

Вскоре допрос был окончен, и адвокат вместе со следователем вышел из изолятора. Спустившись по ступенькам, Николаев остановился. 

— Вы знаете, — неожиданно обратился он к адвокату, — нам необходимо поговорить.
— Я весь внимание, — тут же ответил Косырев.
— Ну не здесь же, — улыбнулся следователь. — Может быть, зайдем куда-нибудь, посидим? 

Адвокат быстро соображал, на что намекает Николаев. Может быть, будет просить какое-то вознаграждение за то, что выпустит Виктора? Надо соглашаться на встречу. 

  • —  Хорошо, — ответил он. — Тут рядом есть небольшой ресторанчик, давайте зайдем туда пообедаем.
  • —  Было бы хорошо. У нас в управлении столовая уже закрыта...
    Минут через пятнадцать они сидели за столиком небольшого ресторана. Заказали по кружке пива,
    кое-какую закуску, горячее. Адвокат внимательно вглядывался в лицо следователя. Николаев, отпив немного пива, словно обдумывал, с чего начать.
    — Конечно, вашего подопечного я выпущу, — наконец заговорил он, — но я хочу поговорить о другом. Не получится ли так, что на суде тот, кто сейчас признался, откажется от своих показаний? Игоря освободим, а он пустится в бега. Вы понимаете, о чем я говорю? Тогда придется второго подозреваемого, Игоря, объявлять в розыск.
    Адвокат непонимающе пожал плечами.
    — К чему этот разговор?
    — Я хочу предупредить вас, чтобы с вашей стороны таких фокусов не было.
    — Нет, — ответил адвокат, поняв, что разговор будет только на эту тему, — я думаю, раз Игорь
    на себя вину принял, то ему нет смысла менять показания.
    — Вы же понимаете, — продолжил Николаев, — какие неприятности будут у меня в этом
    случае. Естественно, дело будет направлено на доследование, а я получу строгий выговор... Для вас тоже будут определенные неприятности...
    — Я думаю, этого не произойдет, — повторил адвокат.
    — В общем, я завтра подпишу бумаги, Виктора выпустят на свободу.
    — Отлично, — улыбнулся адвокат. Тут он хлопнул себя по лбу, сообразив, что забыл мобильный
    телефон в кармане дубленки, которая висела в гардеробе. А мобильник, наверное, вовсю звонил. Ведь его разыскивали другие клиенты, в первую очередь Андрей. — Я мобильник в дубленке забыл, — сказал он, вставая из-за стола. — Сейчас я вернусь!
    Но не успел он открыть дверь, как неожиданно столкнулся с мужчиной, одетым в пуховик и держащим в руке рацию. Это насторожило его. Конечно же, это оперативники. Но почему они здесь, кого «пасут»? А если тут облава? Непохоже...
    Оперативник быстро спрятал рацию под куртку и, развернувшись, направился к выходу. «Странно», — подумал адвокат и тут же вспомнил слова Нины Петровны. Ну конечно же, это «хвост»! Значит, его «пасут», он в разработке. И дальнейшие разговоры со следователем Николаевым для него опасны.
    Вернувшись к столу, адвокат продолжил разговор на отвлеченные темы. Вскоре они вышли из ресторана и простились. Следователь направился к метро, а адвокат подошел к своей машине, открыл дверцу, сел и задумался. Значит, теперь он в разработке и за ним следят...
    Быстро выжав сцепление, адвокат тронул машину с места. Посмотрев в зеркало заднего вида, он попытался вычислить, какая же машина из едущих сзади за ним следит. Ясно, что оперативники едут за ним.
    Всю дорогу до адвокатского бюро Косырев поглядывал назад, стараясь заметить «хвост». Но у него это не получалось. Либо прятались очень искусно, либо ему просто показалось.
    Вскоре он добрался до адвокатского бюро. Проведя несколько часов за оформлением отчетных документов, сколько за прошедший месяц у него было дел и каких, адвокат закончил работу и отправился в ресторан поужинать. Поздно вечером он остановил машину возле своего подъезда. Оглядевшись, он ничего подозрительного не заметил. «Нет, — подумал Косырев, — наверное, мне просто показалось...»

Он закрыл машину и медленно направился к подъезду. Уже набрав код замка и собравшись открыть дверь, адвокат услышал свою фамилию. Он обернулся. За ним стояли двое мужчин, один из них был тем самым, с кем он столкнулся днем в ресторане, другой — незнакомый... 

ГЛАВА 27 

Голиков ехал в «Мерседесе» по Ленинградскому проспекту. Неожиданно он ощутил вибрацию в кармане, где лежал пейджер. Достав его, он взглянул на зеленый дисплей, на котором светилась короткая фраза: «Срочно позвони. Соколов». Голиков знал, что под этой фамилией скрывается не кто иной, как его куратор Ледогоров. Потребовав, чтобы водитель остановил машину, Андрей в целях безопасности вышел из нее и, отойдя на несколько шагов, достал мобильный телефон «Моторола», набрал номер Ледогорова и стал дожидаться ответа. Вскоре он услышал знакомый голос. 

— Привет, — сказал Ледогоров. — Нужно срочно встретиться. Через час сможешь быть? — Он назвал адрес одной из конспиративных квартир. 

— А где это? — спросил Голиков. 

— Это недалеко от Самотеки. Андрей взглянул на часы. 

— Я могу быть там раньше, — сказал он. 

— Ты — может быть. Но я не смогу добраться быстрее. До встречи!
Андрей убрал телефон в карман и быстро вернулся в машину. Интересно, зачем он понадобился 

Ледогорову, да еще так срочно? Тот его почти не беспокоил уже больше двух недель...
Вскоре Андрей отпустил водителя и двоих охранников, сам сел за руль «Мерседеса» и направился в 

район Самотечной улицы, разыскивать переулок, где находилась конспиративная квартира. Он увидел семиэтажный сталинский дом, выкрашенный в светло-зеленый цвет, с большими окнами. Остановив машину, он подошел к подъезду и посмотрел на табличку с номерами квартир. Шестнадцатая, скорее всего, на четвертом этаже. Он вошел в подъезд, лифт был сломан. Пришлось подниматься на четвертый этаж пешком. 

Подойдя к нужной квартире, Голиков взглянул на часы. Прошел ровно час с момента звонка Ледогорова. Он позвонил в дверь. Она открылась. Точнее, щелкнул электронный автоматический замок. За дверью никого не было. Голиков осторожно вошел в квартиру, прикрыл за собой дверь и увидел длинный коридор. В конце коридора появился улыбающийся Ледогоров. 

— Привет, Андрюха! — сказал он. — Дверь закрыл? — Закрыл.
— Давай раздевайся, проходи. 

Андрей повесил на вешалку куртку и шарф, прошел по коридору в комнату. Обстановка комнаты была обычной. Диван, два кресла, журнальный столик, шкаф, два больших окна. Осмотрев комнату, Андрей перевел взгляд на Ледогорова. 

— Что ты на меня так смотришь? — спросил Ледогоров. — Это служебная квартира. — Понятно, — кивнул Голиков. — Конспиративная?
— Ладно тебе, сразу конспиративная! Для встреч с людьми вроде тебя.
— Небось телок здесь трахаете? — ухмыльнулся Голиков. 

— Что пить будешь — чай, кофе?
— Я бы чайку зеленого...
— Узнаю нового жителя Москвы! — Ледогоров улыбнулся. — Раньше, наверное, и понятия не 

имел, что такое зеленый чай. А сейчас это модно — все зеленый чай пьют, за здоровьем следят! Хочешь — можно и зеленый. — Ледогоров достал из старинной горки металлическую коробочку с чаем. Он насыпал чай в заварник, залил горячей водой, достал из той же горки красивые чашки с блюдцами. 

— Я смотрю, ты в столице обжился! — продолжил он разговор. — Сколько ты уже в Москве? — Я не считал.
— И как успехи? 

Андрей неопределенно пожал плечами.
— Ладно прибедняться! — улыбнулся Владимир. — Я все про тебя знаю! Ты уже много 

коммерческих точек забрал, две «бригады» под себя подмял. Но главного для себя ты пока не сделал. Андрея осведомленность Ледогорова не удивила. Он допускал, что есть какая-то утечка 

информации, что у Ледогорова имеются еще завербованные агенты. В конце концов, в группировку Сильвестра он и сам внедрился через агента Ледогорова. 

— Да, есть еще проблемы, — согласился Андрей. 

— Главная твоя проблема — это «папа», то есть Сильвестр. Я прекрасно понимаю, что ты хочешь получить клуб «Аркадо». Но пойми, пока он будет жив, он тебе этот кусок не отдаст. 

— Но мы же столько сил положили! Двоих ребят похоронили, «стрелок» немерено провели! Это наш клуб, это наша точка! — горячился Андрей. 

— Да ты не заводись! Я за тебя. Поэтому я тебя и пригласил на серьезную встречу и выбрал именно эту квартиру, а не какой-нибудь кабак, как обычно. Короче, тебе надо подумать о том, как от «папы» избавиться. 

— Но это почти невозможно! Нет, я за это не берусь! — замотал головой Голиков. Ледогоров сделал паузу. 

— А кто сказал, что ты за это должен браться? Есть один человечек, химик в прошлом, мастер по взрывному делу. Ему в этом равных нет. 

Голиков понял, что именно через этого человека он попал в группировку Сильвестра. 

  • —  Он все подготовит, — продолжал Ледогоров. — Тебе останется только незначительная
    часть...
  • —  Какая?
  • —  Заложить этот приборчик под днище машины. Пусть кто-нибудь из твоих ребят это сделает.
  • —  Да ты что! Он с водилой ездит, у него их два. И он никогда свой «Мерседес» из поля зрения не выпускает!
  • —  Понятно, что это дело непростое. Поэтому мы тебя и пригласили, поэтому и работаем с тобой. Андрюха, у тебя никакого выхода нет, — подчеркнул Ледогоров. — Надо начинать операцию.
    Андрей тяжело вздохнул.
    — А если все провалится, если узнают? Братва меня на куски порежет!
    — А тебя и так порежут, — спокойно сказал Ледогоров. — Ты думаешь, он оставит тебя на
    хозяйстве? Ты самую грязную работу выполнишь со своей «бригадой», а потом тебя самого «замочат». Зачем ты им будешь нужен?
    Конечно, в его словах была доля истины. Андрей и сам понимал, что он — временное явление в группировке Сильвестра.
    — Я хочу дать важную для тебя информацию. Ты знаешь, что уже засветился по всем параметрам? Что другие московские «бригады» уже знают о вашем существовании, знают, чем ты занимаешься? И знают, что многих из их бойцов положила именно твоя команда. И МУР вами занимается. Твоя «бригада» давно у них в разработке!
    Голиков снова вздохнул.
    — Ну что же, — сказал он тихо, — в разработке так в разработке. А что касается братвы, то это
    дело темное, кто знает, кто кого...
    — Да ладно, — махнул рукой Ледогоров, — все обо всем прекрасно знают! Кто-то допустил
    утечку информации.
    — Да там шпион на шпионе сидит. Может, кто-то на вас работает, а кто-то другой братве
    «стучит».
    — Может быть.
    — Вот, а мне такое дело предлагаете — самого Сильвестра...
    — Не все так страшно, как ты представляешь, — улыбнулся Ледогоров. — У тебя нет выхода. Ладно, хватит базарить попусту. У меня для тебя есть подарок. Пойдем!
    Они прошли в другую комнату. Там Голиков заметил, что в углу стоит штатив фотоаппарата с большим белым листом за ним, а на спинке стула висит форма старшего лейтенанта милиции.
    — Давай переодевайся, накинь мундирчик! — сказал Ледогоров.
    — А зачем? — не понял Андрей.
    — Фотографироваться будем. Ксиву милицейскую получишь.
    — Да мне с этой ксивой сразу срок дадут! Что я, не знаю, что за поддельные документы бывает? — А кто тебе сказал, что она будет поддельной? Она будет настоящей, зарегистрированной.
    Будешь ты числиться в одной из бригад МВД. Видишь, как мы о тебе заботимся! Ты нам очень нужен. Андрей быстро переоделся. Ледогоров его сфотографировал, достал пленку и положил в карман.
    — Все, через несколько дней получишь ксиву, будешь спокойно ездить. Никто тебя теперь не остановит и не заберет, — сказал он. — Так что давай готовься к операции, разрабатывай. Детали согласуем через пару дней. — Ледогоров показал, что встреча на этом закончилась.
    Покинув квартиру, Андрей сел в машину. Прежде чем тронуться с места, он задумался. Конечно, подготовить и взять на себя убийство Сильвестра — дело стремное. Но, с другой стороны, у него самого начали возникать проблемы. Он прекрасно понимал, что выше сегодняшнего положения не поднимется. Пока Сильвестр жив, он будет находиться на вторых или третьих ролях. И слова Ледогорова о том, что он временное явление, машина для убийств, были верными.
    Андрей решил, что нужно еще раз встретиться с Сильвестром и поговорить по поводу «Аркадо». Он достал мобильный телефон и набрал номер Сильвестра. На другом конце он услышал незнакомый голос. Вероятно, трубку взял кто-то из его телохранителей.
    — Здорово, мне Иваныча. Андрюха Голиков спрашивает, — произнес Андрей. Собеседник немного замешкался. Потом Андрей услышал чей-то громкий голос:
    — Иваныч, тебя на мобилу!
    По шуму катившихся шаров Андрей понял, что Сильвестр играет в бильярд. Вскоре Сильвестр взял
    трубку.
    — Иваныч, это Андрюха. Поговорить бы надо... — Что-то срочное? — спросил Сильвестр.
    — Не совсем. Но важное.

— Для кого важное? — Сильвестр усмехнулся.
«Вот гад, — подумал Голиков, — всегда старается показать, что он выше всех!» 

— Для нас обоих.
— Если так, подъезжай. Я сейчас в бильярдной на Арбате. — Там, где обычно? — спросил Андрей.
— Точно. Через сколько будешь?
— Минут через тридцать.
— А ты один?
— А что, одному приезжать нельзя?
— Нет, почему же? Я просто так спросил...
— Хорошо, я буду через тридцать минут. 

Андрей убрал телефон в карман. Зачем Сильвестр интересуется, один ли он будет? Он завел машину и поехал к бильярдной. 

Вскоре он был на месте. Андрей заметил, что несколько машин были припаркованы на тротуаре. Возле них болтались телохранители Сильвестра. В последнее время он усилил охрану. Он брал с собой десять, а в некоторых случаях и пятнадцать человек, сопровождающих его. «Вот и подложи тут взрывчатку, — подумал Андрей, — при таких мерах безопасности!» 

Он вошел в бильярдную, которая находилась в одном из пивных пабов, оформленном в шотландском стиле. Сбросив куртку, он прошел в зал и увидел за центральным столом знакомую фигуру Сильвестра, который играл с долговязым парнем. Андрей подошел к столу. 

— Здорово, Иваныч, — произнес он. 

— А, приехал! — Сильвестр взглянул на часы, словно проверяя, приехал ли Голиков точно в назначенное время. 

— Ну что, поговорим? — спросил Андрей. 

— Давай. — Сильвестр отложил кий и обратился к долговязому парню: — Подожди немного, мы сейчас побазарим... 

Сильвестр с Андреем отошли в сторону.
— И в чем проблема? — спросил Сильвестр. — Что ты хотел, на какую тему базар?
— Тема такая, — ответил Андрей, сделав небольшую паузу. — Иваныч, ты давно говорил по 

поводу «Аркадо», что отдашь его нам, когда мы решим проблему... Проблему мы решили. В чем же дело? Почему ты тянешь? 

— А что, я должен так быстро все решить? Куда ты торопишься? Тебе плохо живется? Бабки есть, «мерин» последней модели, коллектив у тебя сплоченный... 

— Коллектив уже на меня косится. Ты при них говорил. А теперь на меня пацаны с недоверием смотрят. Ты слово дал — значит, надо выполнять. 

— Погоди, — резко остановил его Сильвестр. — Я не понимаю, ты кто? Ты «папа» у своих пацанов или «шестерка» какая-то? Почему ты должен перед ними отчитываться? 

Голиков понял, что разговор не удался.
— Ладно, Иваныч, давай не будем тянуть канитель. Ты скажи — да или нет? Дашь нам клуб или 

не дашь? Если не дашь, то скажи честно, и не фига резину тянуть. Сильвестр задумался. Голиков понял, что эта пауза не в его пользу. 

— Ну, дам, — медленно проговорил Сильвестр. — Дам, но не сразу. Мне кое-какие встречи надо провести, сам понимаешь... Не спеши ты! — Он похлопал Андрея по плечу. — Давай лучше — я в Италию собираюсь — поедем с тобой вместе, отдохнем, моделей возьмем... 

— Ладно, Иваныч, вопрос закрыт. Все понятно. По «Аркадо» я тебя больше беспокоить не буду. 

— Да погоди ты, Андрюха! Чего ты так заводишься?
Но Голиков его уже не слушал. Он молча отошел от стола.
Вскоре он вышел из паба, подошел к машине, достал мобильный телефон и набрал номер 

Ледогорова.
— Алло, это я. Короче, по той теме, что мы говорили... Я согласен. Когда с Химиком можно 

встретиться?
— Вот это другой разговор, — одобрительно сказал Ледогоров. — Сегодня же вечером и 

встретишься, он все детали расскажет. — Как мне его найти? 

— Он сам тебе позвонит. 

ГЛАВА 28 

Ледогоров понял, что наступил момент, когда необходимо согласовать все действия по устранению Сильвестра с начальством. После разговора с Семеном Абрамовичем в ресторане он решил, что самый оптимальный вариант устранения Сильвестра — с помощью Голикова. При этом решаются сразу две проблемы. Первое: возможно, Голиков встанет на место Сильвестра, второе: Семен Абрамович хорошо заплатит ему за устранение своего главного врага. Ледогоров быстро набросал рапорт, обосновывающий 

необходимость устранения Сильвестра, и, написав сверху «Секретно», направился к своему начальнику, генералу Березкину. 

Приоткрыв дверь кабинета, он увидел, что в кабинете, кроме генерала, находится его заместитель, полковник Цветков. Ледогоров спросил: 

— Разрешите войти, товарищ генерал? Генерал кивнул головой: 

— Входи. У тебя что-то срочное? 

— Так точно. Разрешите доложить? — Ледогоров достал из папки листок с рапортом по поводу Сильвестра. — Товарищ генерал, сегодня на конспиративной квартире я провел встречу с агентом Голиковым. Так получилось, что противоречия с известным авторитетом Сильвестром у него зашли слишком далеко. Голиков и его команда недовольны поведением Сильвестра. Они разработали операцию по его устранению. 

Генерал и Цветков удивленно посмотрели на Ледогорова. Владимир замолчал. Неужели они поняли, что это его идея? А вдруг они знают о его контакте с олигархом? Нет, вряд ли... 

— А что там случилось? Что за противоречия возникли? — спросил Березкин. 

— Все из-за ночного клуба «Аркадо». Голиков и его команда взялись отбить этот клуб у враждующей с Сильвестром группировки, что они и сделали. И они рассчитывали, что хотя бы часть этого клуба перейдет к ним. Однако Сильвестр их обманул и не собирается отдавать им клуб. Вот Голиков с командой и решили его устранить. 

— Хорошенькое дело предлагаешь! Что от этого можно ждать? Война начнется за передел... 

— Но мы можем подготовиться к этой ситуации. Если Голикову удастся устранить Сильвестра, то самое оптимальное, что руководство ореховской группировкой он возьмет на себя. А нам это очень выгодно. В дальнейшем я планирую, — продолжал Ледогоров, — что Голиков сумеет организовать междоусобную войну между ореховскими «бригадами». Таким образом, группировка может быть ликвидирована изнутри. 

— Красиво говоришь, майор! — усмехнулся генерал. — Если бы все так получилось, было бы неплохо... 

— Я бы спешить не стал, — вступил в разговор Цветков. — Худо-бедно, мы через Голикова решаем свои вопросы. А если он станет вроде Сильвестра, то я боюсь, что у него может начаться звездная болезнь, он может выйти из-под нашего контроля. — Цветков посмотрел на генерала, как бы оценивая его реакцию. 

Березкин покачал головой:
— Но выхода ведь нет. Если они хотят его устранить, пусть устраняют. Короче, майор, ты что 

предлагаешь?
— У нас есть агент по кличке Химик. Прошу вашего разрешения включить его в эту акцию. — И что же это за акция? 

Ледогоров достал из папки второй листок.
— Я разработал операцию под кодовым названием «Колесо». 

Генерал взял листок и стал читать.
— А почему «Колесо»? — спросил он.
— Да просто в голову пришло...
— Ладно, пускай будет «Колесо». — Генерал, дочитав до конца, протянул листок Цветкову. — 

Вроде все складно получается. Успехов тебе! А от нас что-нибудь нужно?
— Нет, ничего не нужно. Единственное — я подготовил Голикову документ прикрытия 

сотрудника милиции, легальный...
— Легальный? — переспросил генерал. — А почему милиции? Пусть от нашего отдела сделают. — Товарищ генерал, его часто милиционеры задерживают. Не хотелось бы, чтобы какие-то нити 

шли к нам в контору...
— Да, ты правильно мыслишь. 

— Я подключил его к одной подмосковной дивизии.
— Каким же образом ты с ними договорился?
— Есть у меня там связи. Они его просто в списочный состав включили.
— Ну что же, я думаю, эту акцию стоит одобрить, — подвел итог Березкин. 

Получив согласие руководства, Ледогоров вышел из кабинета. Теперь ему необходимо было встретиться с будущими участниками операции. 

ГЛАВА 29 

В этот же вечер Андрей Голиков получил информацию о новой встрече с Ледогоровым. Приехав снова на ту же конспиративную квартиру, он увидел сидящего в большой комнате невысокого паренька, похожего на студента-отличника, с кудрявыми волосами. Андрей узнал его без труда. Это был паренек из группировки Сильвестра по кличке Химик, выпускник одного из химических институтов Москвы, который рекомендовал его Сильвестру. 

Поздоровавшись, Ледогоров сразу перешел к делу. 

— Все у нас разработано. Вот. — Он кивнул головой. Химик достал из сумки небольшую банку пепси-колы, аккуратно поставил ее на стол. — Вот эту баночку, Андрей, необходимо будет прикрепить к машине Сильвестра. 

Андрей взял банку. Она ничем не отличалась от обычной, только была немного тяжелее. На краю баночки была прикреплена тонкая пластинка. Скорее всего, это был мощный магнит. С другой стороны Андрей увидел небольшой красный «глазок» с еле заметным штырьком. 

— Это антенна, — сказал Химик. — Управляется с пульта. 

— Твоя задача, — продолжил Ледогоров, — прикрепить баночку к машине. А дальше — наша забота. 

— Как же я это сделаю? — спросил Андрей. 

— Давай думать вместе. Ты же знаешь его распорядок дня. Андрей стал перечислять места, где бывает Сильвестр. 

— Ночные клубы, рестораны, спортзалы, фирмы подшефных коммерсантов... 

— Нет, все не то, — перебил его Ледогоров. Немного помолчав, он спросил: — А машину он часто моет? 

— Каждый день.
— Где?
— На одной и той же мойке.
— Вот и отлично! У тебя есть два пацана, с которыми Сильвестр тебя никогда не видел? — Найдутся.
— Ребята надежные?
— Да, надежные.
— Пусть они устроятся мойщиками на эту мойку. Один из них, когда появится машина 

Сильвестра, прикрепит банку на дно. Другой, в случае необходимости, отвлечет водителя. Вот твоя задача. — И всего-то? 

— Да, всего. И еще вот что. В тот день, когда они это сделают, пусть тут же сбросят тебе информацию на пейджер. Ты появишься в клубе или ресторане, чтобы тебя там запомнили. И мне скажешь, куда поедешь. 

— Я могу «стрелочку» провести. Меня таганские вызывают. Только никак время согласовать не могут. 

— А это лучше всего. Тогда встретишься с таганскими, — кивнул Ледогоров. — Ну что, разработали операцию? Андрей, завтра ты своих пацанов на мойку внедряешь. Один день работают, а на следующий проводим операцию. По крайней мере, будем стараться провести, — уточнил Ледогоров. — Всем все понятно? 

Андрей и Химик кивнули головами.
— На этом закончили, — подытожил Ледогоров. 

Андрей встал и направился к выходу, но Ледогоров остановил его.
— Андрюха, ты же забыл самое главное!
— А что я забыл? — обернулся Андрей.
— Банку пепси-колы. — Ледогоров протянул ему взрывное устройство. — Поаккуратнее с ней! — А пульт? — спросил Андрей. 

— А пульт будет у того, у кого должен быть, — улыбнулся Ледогоров. — Все, с богом! Теперь будем на связи. Телефон не выключай! 

Через несколько минут Андрей вышел из квартиры. 

Назавтра он без труда оформил двоих своих ребят, которые недавно приехали из родного города, на ту мойку, где обычно мыл машину Сильвестр, и стал ждать. 

Андрей понимал: тот, кто будет нажимать на пульт, выждет момент, когда Сильвестр будет в более- менее пустынном месте, чтобы не пострадали посторонние люди. 

По инструкции Ледогорова, Андрею нужно было искать место, где его могли видеть и запомнить. Тот сказал, что лучшим вариантом будет встреча в этот момент с таганскими на стрелке. Но, как назло, те молчали. Тогда Андрей решил, что лучшим местом для этого будет паб, где обычно тусуется Сильвестр. Он рассчитал, что если Сильвестр появится там, то они смогут сыграть партию в бильярд и, скорее всего, после этого Андрей там и останется. Так как в этом пабе постоянно находится ореховская команда, то это окажется стопроцентным алиби, если в этот вечер машина с Сильвестром будет взорвана. 

Андрей уже собрался ехать в паб, как зазвонил мобильный телефон.
— Алло, Андрюха, — услышал он голос одного из своих подчиненных, Витьки, который недавно 

вышел на свободу, но уже активно участвовал в жизни «бригады», — нам таганские стрелку забили. — Когда и где? 

— Сегодня вечером, в гостинице на Балчуге, в кафе на первом этаже. 

— Я буду, — сказал Андрей. — Толика, Зязю туда, и сам приезжай. В семь часов у входа встречаемся. 

— Хорошо, будем! 

Ровно к семи часам Андрей подъехал к международной гостинице. Он увидел стоящий неподалеку «Мерседес», возле него — ребят из своей группировки. Поздоровавшись с теми, кого не видел сегодня, он вошел в кафе. Зал был заполнен примерно наполовину. В основном там сидели иностранцы. За столиком в углу он увидел ребят славянской внешности. Это и были таганские. Андрей со своими ребятами подошел к ним и посмотрел на одного из сидящих. 

— Ты, что ли, старший будешь? — спросил парень, вставая. — Здорово! Я Михо. А ты? — Я Андрюха. — Андрей протянул руку.
— Пойдем побазарим... 

Андрей с Михо сели за соседний столик. Тут же к ним подошел официант.
— Что-нибудь желаете заказать? — спросил он.
— Слушай, парень, погуляй пока, нам поговорить надо, — резко ответил Михо, показывая, что в 

этой гостинице он не в первый раз. Официант улыбнулся и отошел. 

— Значит, так, Андрей, — начал Михо, — тут такая тема возникла. Твои пацаны на нашу точку наехали. 

— Я в курсе, — кивнул Андрей.
— Короче, что они на нашего коммерса наезжают? Чего они хотят, я не понял? Брат, объясни мне. — Твой коммерс — лох, он должен нашему коммерсу деньги. Они контракт заключили.
— И в чем дело? Раз должен — отдаст.
— Так отдает уже почти полтора месяца...
— Слушай, братишка, это их проблемы, их дела. Там с банком у нашего лоха проблемы. Раз 

обещал отдать — значит, отдаст. Чего на него наезжать, зачем грозить? Мы же вашего не трогаем. Андрей хотел возразить ему, но тут в кармане зашипела рация. Он вытащил ее и нажал на кнопку 

приема.
— Андрюха, — послышался голос Виктора, — тут менты подъехали на автобусах...
— Не дергайся, парень, сиди спокойно. Мы чистые, сидим разговариваем, — ответил Андрей. 

Но в этот момент в холл кафе ввалилась группа милиционеров в пятнистой форме серого цвета, с автоматами, в масках. 

— Всем оставаться на местах! Это СОБР! Проверка документов!
И почти все милиционеры устремились к столикам, за которыми сидели таганские, ребята Андрея и 

сам Андрей с Михо. Андрей заволновался. А вдруг это подстава? Вдруг Ледогоров решил одним махом избавиться от Сильвестра и от него? Ну, попал... 

К его столику подошли несколько человек в камуфляже... 

ГЛАВА 30
Один из двоих мужчин, со светлыми волосами, обратился к адвокату по имени и сказал: 

— Пойдем поговорим...
Косырев нехотя повиновался. В конце концов, не выяснять же отношения у подъезда, в котором он 

живет!
Они подошли к машине, на которой, судя по всему, и приехали эти двое. 

— Ну что, адвокат, — продолжил светловолосый мужчина, — догадываешься, с кем разговариваешь? 

Адвокат бросил взгляд на второго мужчину.
— Я понял, что вы из органов?
— Правильно понял, — кивнул тот. — С Петровки мы. А поговорить хотим, как мужчина с 

мужчиной...
Адвокат удивленно посмотрел на них. 

— Слушаю вас. В чем проблема?
— А проблема в том, что не надоело тебе еще со своими бандитами работать? Да еще с такими? — Я не понимаю, о ком вы говорите...
— Мы говорим о твоих клиентах, которых ты обслуживаешь, о группировке Андрея Голикова. Ты 

знаешь, сколько на них крови? Мы тут посчитали — за год работы в Москве у них двадцать два трупа. И что получается? Мы сидим в засадах в любую погоду, и в дождь и в снег, в морозы, задерживаем их, доставляем — конечно, не только мы, но и наши коллеги из других отделений милиции, — а ты, такой красавец, приходишь — раз-раз, с помощью своих хитроумных приемов освобождаешь их. Это справедливо? Вот мы и решили с тобой поговорить, пока еще неофициально. 

— А что, для официального разговора есть повод?
— Повод всегда найдется! — сказал второй оперативник. — Ты помнишь, чьи это слова?
— Да, помню. Бывшего генерального прокурора Вышинского. А еще я помню, что есть и другое 

выражение — Дзержинского: отсутствие судимости не ваша заслуга, а наша недоработка. Получается, что я у вас под «колпаком»? Я вас сразу засек, еще в ресторане, и понял это, когда узнал, что вы переписали всех моих клиентов. Но позвольте заметить главное. Я не знаю, кто эти люди. Вы думаете, что ко мне приходит клиент и говорит: я — известный бандит, известный киллер, на мне такие-то убийства, причем 

они не раскрыты, у меня столько-то «стволов» и столько-то людей в группировке? Нет, все, когда приходят ко мне, говорят, что они бизнесмены или охранники. А не доверять им я не могу. Я выполняю свой профессиональный долг, как и вы. Вы их ловите, а я выпускаю. Но выпускаю опять же на основании законов. 

— Да ладно, хватит нам лекции читать! — махнул рукой блондин. — Знаем мы твои способы, как ты их выпускаешь! 

— Мне кажется, нормального разговора у нас с вами не получится, — сказал Косырев.
— Не получится по-хорошему, значит, поговорим по-плохому...
— Как я понял, вы мне угрожаете?
— Да зачем нам тебе угрожать? Видишь, мы твой адресок без проблем нашли. А ты знаешь, 

сколько у братвы врагов по Москве? Многие группировки мечтают свести с ними счеты, те, у которых они лидеров и авторитетов положили. Так что, если кто-то случайно узнает твой адресок, я думаю, с тобой, как с их адвокатом, многие посчитаться захотят, — ухмыльнулся светловолосый. 

Адвокату стало немного не по себе.
— Ладно, ребята, — сказал он, — мне совершенно не хочется выслушивать ваши угрозы. Если у 

вас есть какие-то вопросы, вызывайте меня к себе повесткой. В конце концов, у меня тоже есть определенные способы обезопасить себя. — Он резко повернулся и направился к подъезду. Через несколько минут он уже входил в свою квартиру. 

Раздевшись, он прошел на кухню, включил видеомагнитофон, стоявший на записи. У него давно выработалась привычка записывать все криминальные программы, которые шли по телевизору в его отсутствие. Приходя домой, он быстро их просматривал. Если информации по его клиентам не было, то он не обращал на программы никакого внимания. Если же информация была, то он вносил ее в свое адвокатское досье. На сей раз ничего особенного не было, кроме одного — все криминальные программы сообщили, что в результате взрыва погиб крупнейший авторитет, лидер ореховской преступной группировки Сильвестр. 

Адвокат отметил этот факт. Но больше его занимала встреча с оперативниками. Интересно, блефуют они или нет? А что, если они и в самом деле сообщат адрес врагам? Да, неприятная получилась встреча... 

Он еще долго размышлял над различными вариантами. В конце концов он решил отвлечься от этих мыслей. Подойдя к бару, адвокат достал бутылку джина, плеснул в бокал немного тоника, отрезал лимона, бросил туда же несколько вишенок. Затем он прошел в гостиную, включил большой телевизор. Найдя нужный канал, он уселся в кресло. Показывали старый черно-белый фильм про ковбоев, о временах освоения Дикого Запада. Адвоката заинтересовал фильм. С одной стороны — шерифы, с другой — ковбои, грабившие поезда и банки. 

Постепенно адвокат отвлекся от неприятных мыслей и задремал. Но его разбудил звонок мобильного телефона, который раздался одновременно с сигналом пейджера. Адвокат взял в руки оба предмета. 

— Алло, — услышал он незнакомый голос, — это Илья говорит... — Какой Илья? — спросил Виталий.
— От Андрея Голикова. 

Адвокат сделал паузу. — Да, слушаю...
— Андрея «закрыли». — Где? 

— В гостинице у Балчуга. Просил приехать.
— Так его, наверное, увезли?
— Мы проследили, он в 54-м отделении милиции. Вы подъехать можете? 

Адвокат посмотрел на часы. Было полвторого ночи. Ничего себе!
— Да, я подъеду, — ответил адвокат. Он достал удостоверение, вытащил из портфеля чистый 

ордер, быстро заполнил его, вписав фамилию Андрея, и спустился вниз. Выходя из подъезда, он оглянулся по сторонам. Конечно, оперативники до круглосуточного наблюдения за ним еще не дошли. Но расслабляться нельзя — могут в ближайшем будущем передумать... 

Дойдя до гаража, который уже успело замести снегом, он открыл створку, вытащил лопату и начал быстро отгребать снег в сторону. На это ушло минут двадцать. Наконец он освободил свою «БМВ», уселся в машину и направился в сторону центра, пытаясь вспомнить, где находится нужное ему отделение милиции. Но времени на раздумья не было. Тогда адвокат набрал «02» и попросил дежурного соединить его с 54-м отделением. Через несколько секунд он услышал: 

— Дежурный по 54-му отделению милиции майор Сахнов слушает! — Скажите, пожалуйста, где вы находитесь? — спросил Косырев. — А что случилось?
— Мне нужно передать вам письменное заявление... 

Майор назвал адрес. Отделение находилось недалеко от Ордынки. 

Вскоре адвокат был на месте. У входа в отделение он увидел ребят из «бригады» Голикова. Подойдя к ним, он поинтересовался, как все произошло. 

— У нас стрелка была с таганскими, — начали объяснять ребята. — Приехали собровцы, всех повязали. Точнее, тех, кто находился в кафе, — таганских, Андрея, Виктора и еще ребят. А мы на улице были, успели за машины спрятаться. А потом проследили, куда Андрея повезут. На втором этаже его допрашивает следователь. 

Адвокат решительно направился ко входу в отделение. Неожиданно его догнал один из ребят.
— Это... Здесь вот какое дело, — сказал он торопливо. — Андрей сказал, что работает в частном 

охранном предприятии, охранником.
— Хорошо, я учту, — кивнул головой Косырев. 

Он вошел в отделение милиции и, не обращая внимания на дежурного, быстро направился к лестнице. 

— Минуточку, товарищ! — услышал он голос позади себя. — Вы куда? 

— Куда привезли охранников из гостиницы? На втором этаже их допрашивают? — громко спросил адвокат. 

Майор, видимо, решил, что перед ним тоже оперативник, и махнул рукой: — Да в 14-й комнате они сидят! 

Адвокат пошел в сторону названного кабинета. «В таких делах, — подумал он, — главное — решительность и уверенность в себе». Вскоре он увидел нужную ему дверь. Не постучавшись, он толкнул дверь, рассчитывая, что Андрей хотя бы увидит, что он приехал. Конечно, в такое время его могут попросить выйти, так как адвокаты работают днем. Это там, на Западе, время суток значения не имеет, а в России законы немного другие... 

Но дверь кабинета оказалась закрытой. Тогда адвокат еще раз толкнул дверь. Она была закрыта изнутри. Он стал думать, что ему делать. Решившись, он изо всей силы стал стучать в дверь кулаком. Расчет его оказался точным. Посторонний человек будет стучаться тихо. А если вот так долбят в дверь, то это может быть только какой-то начальник или проверяющий. Дверь откроют обязательно. Потом, конечно, могут попросить выйти, оскорбить... Но главное, чтобы его увидел Голиков. 

Дверь открылась, и адвокат увидел перед собой испуганное мужское лицо.
— Вы кто? — удивленно спросил мужчина.
— Я к нему, — адвокат сделал неопределенный жест, отодвинув в сторону открывшего дверь, 

вошел в кабинет и обратился к Андрею, сидевшему у стола: — Здравствуй, Андрей! Как твои дела? Тебя не били? 

Мужчина, открывший дверь, продолжал удивленно смотреть на адвоката. 

  • —  А вы кто? — опять спросил он.
  • —  Я его защитник. — Косырев раскрыл свое удостоверение. — У меня есть ордер...
  • —  В общем, никакого ордера не нужно, — ответил следователь, который допрашивал Андрея.
  • —  Подожди. — Андрей обратился к адвокату на «ты». — Выйди пока, тут все нормально, меня
    отпускают.
    Адвокат вышел в коридор. Минут через пять появился улыбающийся Андрей.
    — Все, меня освободили! Спасибо, что приехал!
    — Да за что спасибо? Тебя же и так освободили...
    — Я тут целый час сидел, уговаривал его, и он меня освободил.
    Они спустились вниз и вышли на улицу. Ребята, увидев Андрея, подбежали к нему. Но он сказал, что поедет с адвокатом.
    — Поехали, поужинаем... Точнее, — улыбнулся Андрей, — уже позавтракаем. Адвокат открыл дверцы «БМВ» и вместе с Андреем уселся в машину.
    — Как же тебе удалось освободиться? — спросил он.
    — В общем, ничего особенного. Пришлось расстаться с некоторой наличностью, которая была у меня в бумажнике, — усмехнулся Андрей.
    — А ствол?
    — Ствол мне тоже вернули. — Он похлопал по нагрудному карману куртки. — Могли взять на экспертизу и долго нервы мотать.
    — Мне повезло, я следователя заговорил. Неопытный какой-то попался...
    Вскоре они подъехали к небольшому ночному кафе. Заказав кофе, свежевыжатый сок, немного еды, адвокат с Андреем уселись за столик. Из рассказа Голикова Виталий понял, что была обычная облава СОБРа.
    — То ли они таганских «пасли», то ли просто профилактика, черт его знает, — говорил Андрей. — Конечно, потом я с таганскими свяжусь, узнаю, что и как.
    — Да, тебе повезло. Могло ведь быть по-другому.
    — Кстати, какие новости вокруг?
    — Никаких. Кроме одной — Сильвестра взорвали. — Да ты что? — удивился Андрей. — А где, когда?

— Пока ничего не знаю. В новостях передали, что его взорвали в машине, где-то в центре города. Больше ничего не сообщалось. 

— А он жив остался или?..
— Я думаю, если взорвали машину, то мертв.
— Что же, понятно. — Андрей вытащил мобильный телефон и стал набирать какой-то номер. — 

Ты не возражаешь, если меня ребята отсюда заберут? Спасибо тебе большое, что приехал. — Не за что, — улыбнулся адвокат. 

Он попрощался с Андреем, вышел из кафе, сел в машину и поехал домой. 

ГЛАВА 31 

Убийство Сильвестра было покрыто тайной. Андрей узнал от ребят, что в тот день, когда его задержали — а задержали его совершенно случайно, никакой подставы, как он думал, подозревая Ледогорова, не было, — банку со взрывчаткой, замаскированную под «Пепси-колу», ребята установить не смогли. Но взрыв все же произошел. «Кто же тогда подложил взрывчатку?» — задавал себе вопрос Андрей. 

Как ни странно, после убийства Сильвестра Химик куда-то исчез, и больше Андрей его не видел. Голиков уже начал думать, что к убийству он никакого отношения не имеет. Впрочем, это дела не меняло. Попытки подмять империю Сильвестра под себя не удавались. Ледогоров был категорически против этого и настаивал на том, чтобы структура Сильвестра была полностью раздроблена. Андрей оказался в одной из многочисленных «бригад», которые начали стрелять друг в друга, участвуя в переделе собственности. Кроме того, в самой группировке Голикова намечался разлад. Молодые ребята, которые были выписаны из родного города, посчитали, что к ним относятся несправедливо. Всю грязную работу выполняли они, а большой куш доставался старшим. Поэтому время от времени в «бригаде» Андрея возникали ссоры. Однажды дело дошло до перестрелки. 

Андрей прекрасно понимал, что сейчас ему нужно пересматривать свою позицию. Примерно полгода назад он сошелся с другим крупным авторитетом по кличке Черный. Он был лидером одной из «бригад», которая орудовала на севере столицы. Они съездили несколько раз вместе отдохнуть, приглашали друг друга в рестораны. Андрей считал себя другом Черного. 

Но неожиданно дружба перешла во вражду. Как-то вечером Андрею позвонил Ледогоров и назначил ему встречу. Приехав на встречу в один из ресторанов, Ледогоров достал из кармана небольшой диктофон с наушником и положил его перед Андреем. Тот взял диктофон, включил его и услышал голос, похожий на голос Черного, который по телефону давал указания своим людям убрать Андрея. 

— Этого не может быть! — растерянно проговорил Андрей. — А когда эта запись была сделана? — Пару дней назад. Мы прослушиваем его телефонные разговоры.
— Что же мне делать?
— То же самое, что было сделано с Сильвестром. 

— Кстати, про Сильвестра... Кто же его убрал? 

— Ты мне три года этого вопроса не задавал. А теперь тебе это нужно стало? Сильвестра нет, и разговаривать не о чем. 

Андрей махнул рукой.
— Да, ты прав...
— И запомни: все твои попытки выйти из-под контроля — а я уже в курсе этого дела — будут 

провалены. И тебя может ожидать такая же участь, как... Ты сам понимаешь, — не договорил Ледогоров. — Я только одного не понимаю — почему он меня «заказал», почему хочет убрать? 

Ледогоров пожал плечами.
— Не знаю... Есть подозрение, что ты причастен к убийству его старшего брата.
— Какого еще брата? Разве у него был брат?
— Помнишь, два года назад?
— Но мы же не знали, что это он...
— Вы не знали, а они узнали, чья это работа.
— Значит, кто-то «слил» им информацию?
— В общем, Черный узнал. Теперь он тебя «заказал».
— Но мы же с ним только вчера разговаривали, и все было нормально!
— Он опытный, маскируется, не хочет вида подать. Я не удивлюсь, если он пригласит тебя в 

ресторан на день рождения очередной подруги, а после застолья «шлепнет» тебя. Кстати, ты мне удостоверение верни пока... 

— А зачем? 

— Срок кончился. Посмотри!
Андрей достал удостоверение старшего лейтенанта милиции, которое несколько лет назад ему 

выдал Ледогоров. Действительно, срок действия истек. — Мы тебе его продлим, — сказал Ледогоров. 

Вскоре он попрощался и вышел из ресторана. Андрей остался сидеть за столиком, обдумывая услышанное. Кто же настраивает Черного против него? Ледогоров? Ему нет никакого смысла это делать. 

Значит, кто-то еще. Он позвонил своим ребятам и поручил им сесть на хвост Черного и проследить, куда тот мотается. Может быть, эта слежка что-то прояснит... 

Через три дня он получил довольно интересную информацию. Черный активно общается с оперативниками из МУРа, которые в последнее время часто задерживали и «прессовали» людей Андрея. Наверное, они и вышли на Черного и «слили» ему информацию по убийству его старшего брата. Теперь выбора нет. Нужно действовать быстро и решительно. Кто успеет первый, тот и останется жить. 

Андрей собрал своих людей и в этот же вечер приказал убрать Черного. 

На следующий день зазвонил его мобильный телефон. В трубке Андрей услышал взволнованный голос Виктора: 

— Андрей, беда! Ребята его «завалили» у Петровки! Илюху «приняли» вместе со стволом! Андрей от неожиданности чуть не выронил телефон из рук. Если Илью — а именно ему Андрей 

поручил убрать Черного — взяли, то к нему применят жесткие меры. «Тоже мне, — подумал Андрей, — нашли место, где это делать! Нет чтобы где-то в стороне!» 

Надо было как-то спасать ситуацию. Андрей позвонил Ледогорову и коротко рассказал о случившемся. 

— Надо ребят выручать, — сказал он. — Сделай, пожалуйста, я тебя очень прошу! 

— Хорошо, я попробую, — ответил Владимир.
В этот день Андрей решил не ночевать дома, поехал к одной из своих любовниц. 

ГЛАВА 32
Звонок от Голикова прозвучал вечером. 

— Володя, я очень тебя прошу, помоги, — говорил Андрей, — у нас Илью забрали, по убийству Черного! Выручи! Иначе он нас сдаст. В том числе и вас... 

Ледогоров положил трубку. 

За три года ситуация изменилась. В управлении произошли перемены. Ледогоров получил очередное воинское звание — подполковник. Генерал Алексей Березкин, который начинал эту операцию по внедрению группировки Голикова в Москву, ушел на повышение, его место занял Сергей Цветков, который, как только получил должность начальника управления и звание генерала, резко изменил ситуацию. Он был очень осторожен. Ледогоров предполагал, что Цветков, скорее всего, эту акцию не одобрит. 

Владимир направился в кабинет Цветкова. Постучавшись, он открыл дверь.
— Разрешите, товарищ генерал?
— Да, входи, — ответил Цветков.
— Здесь такая ситуация сложилась, необходима наша помощь. — Ледогоров коротко изложил 

суть дела.
— Значит, это они Черного у Петровки завалили? 

Ледогоров пожал плечами.
— Что же ты, не мог другое место им подсказать? — недовольно проговорил Цветков.
— Места не я выбираю...
— Ну что же, они сами подписали себе приговор. Дело в том, что дано указание покончить с этой 

группировкой. Так что давай, подполковник, подчищай концы! Об освобождении этого киллера и страховке лидеров не может быть и речи. Подумай, кого нужно убрать, чтобы слишком языком не болтали. 

Ледогоров пытался возразить, но Цветков его не слушал.
— Я сказал — с ними закончено! Мы будем заниматься другими делами. Надо расследовать 

убийство тележурналиста. Вся Москва на ушах стоит, а преступление не раскрыто! Так что собери свою агентуру в криминальной среде и уточни, кому это было выгодно. 

Ледогоров вышел из кабинета растерянный. Вот так, одним махом, все меняется! Конечно, в последнее время он и сам не уделял этой «бригаде» много внимания. Почти все свое время он тратил на Семена Абрамовича Лазовского. После того как он помог устранить Сильвестра, их контакты стали почти ежедневными. Он сделался кем-то типа внештатного работника и все время выполнял какие-то конфиденциальные поручения. 

Вот и сейчас неожиданно зазвонил мобильный телефон, которым его снабдил Лазовский для прямой связи. Владимир услышал знакомый голос: 

— Володя, срочно приезжай ко мне! Очень тебя прошу! Проблема возникла!
Для Ледогорова это был почти приказ. Он быстро собрался, сел в машину и поехал в сторону 

Новокузнецкой улицы, где находился дом приемов известного олигарха. Вскоре он уже входил в приемную, а затем и в кабинет. 

— Володя, — сказал Семен Абрамович, — я получил информацию, что ко мне могут прийти работники РУОПа и задержать меня. 

— По какой причине? — поинтересовался Ледогоров. 

— Якобы меня подозревают в том, что я «заказал» этого журналиста. — Семен Абрамович недоуменно развел руками. 

— Может быть, какие-то конкуренты с вами разобраться хотят? — спросил Ледогоров, пытаясь понять, кто дал отмашку на задержание Лазовского. 

— Я думаю, конкуренты хотят отвести меня от влияния на кремлевскую семью. Так что тебе необходимо весь сегодняшний день пробыть со мной. Ты сможешь это сделать? 

— Конечно, какие проблемы?
Ледогоров прекрасно понимал, что на его теперешней работе ему трудиться осталось немного. 

Цветков его не любит и попытается в ближайшее время убрать из управления.
Тут зазвонил мобильный телефон, номером которого пользовалось его руководство. Звонил сам 

Цветков.
— Ты где, подполковник? — поинтересовался он.
— Я по вашему указанию в городе работаю, — тут же нашелся что сказать Ледогоров. — Ладно, не стану тебе мешать. Завтра с утра зайди ко мне. Будет разговор.
— Есть, — ответил Ледогоров. 

Семен Абрамович внимательно посмотрел на него.
— Ну, что там у тебя?
— Новая метла по-новому метет, — махнул рукой Владимир.
— Володя, ты пока посиди в приемной, а я сделаю несколько важных звонков. 

Ледогоров вышел из кабинета, уселся на стул и начал читать газету. Он понимал, что если его вызвал олигарх, то полученная им информация соответствует действительности. 

В самом деле, через некоторое время послышались шаги и какой-то шум. Ледогоров привстал. В приемную быстро вошли несколько сотрудников РУОПа, а также бойцы СОБРа в пятнистой форме. Охрана Лазовского была нейтрализована. Вошедшие направились к двери кабинета. Но тут появился сам Семен Абрамович. 

— Гражданин Лазовский? Мы из Московского РУОПа. Вам необходимо проехать с нами, — проговорил один из вошедших. 

— Это что, арест? — спросил Семен Абрамович. 

— Нет, никакого ареста. Вам необходимо добровольно проехать с нами, — повторил тот снова. — И, пожалуйста, не делайте глупостей. — Он посмотрел на Ледогорова. 

Тем временем двое бойцов СОБРа направились к Лазовскому, вероятно, чтобы его задержать. Ледогоров опередил их и встал между Семеном Абрамовичем и собровцами. Он выхватил из-под мышки штатный пистолет Макарова и сказал: 

— Еще одно движение — застрелю любого! Я — подполковник ФСБ.
Он достал из нагрудного кармана удостоверение сотрудника ФСБ. Собровцы остановились, опешив. 

Старший подошел ближе и рассмотрел удостоверение.
— Как ваша фамилия? — спросил он.
— Ледогоров. — Он назвал управление, в котором работал. 

Старший группы подошел к телефону, набрал какой-то номер и стал докладывать о возникших проблемах. 

Ледогоров стоял не двигаясь, время от времени переводя ствол пистолета с одного собровца на другого. Возникла напряженная пауза. Воспользовавшись ею, Лазовский быстро вернулся в свой кабинет, кивнул Ледогорову. Владимир вошел за ним и закрыл дверь. Тут же они придвинули к двери тяжелую тумбу. 

Лазовский бросился к телефону, стал звонить кому-то в Кремль, говорить, чтобы за ним сейчас же приехали и увезли его отсюда. 

Вскоре Семену Абрамовичу удалось покинуть здание и уехать в Кремль. Ледогоров же вернулся на работу. 

Как только он появился на Лубянке, его вызвал к себе Цветков. Он был разъярен, тут же начал кричать: 

— Ты что отсебятину допускаешь, подполковник? Может быть, ты обратно в конвойные войска захотел? Что за шашни у тебя с Лазовским? Кто тебе дал право присутствовать в его офисе? Почему ты оказался на следственных действиях? 

— Не надо на меня кричать, — перебил его Ледогоров. — Никаких следственных действий там не было. Была попытка задержания. А почему я там оказался — я готов написать об этом рапорт. 

— Да, напиши, и немедленно!
Ледогоров вернулся в свой кабинет, придвинул к себе листок бумаги, взял ручку. Что ему писать — 

рапорт об увольнении или объяснение, почему он оказался в кабинете Лазовского? 

ГЛАВА 33 

Адвокат сидел за столиком и внимательно смотрел на только что приехавшего на встречу Андрея Голикова. Тот был взволнован. Он говорил Косыреву, что ему немедленно нужно подъехать на Петровку и пробиться к задержанному Илье. Андрей сделал паузу и повторил: 

— Пойми, необходимо срочно к нему прорваться, иначе они его «запрессуют» так, что он всех сдаст. У нас в нем никакой уверенности нет. 

Адвокат, понимая, что от него сейчас зависит многое, кивнул головой: — Хорошо, я сейчас туда поеду. 

Сев в машину, он направился на Петровку, 38. Из приемной он дозвонился до отдела, который задержал Илью. Вскоре он уже получил пропуск и подошел к проходной. Но каково же было его удивление, когда к нему из здания вышел мужчина, который несколько лет назад ждал его у подъезда и предупреждал об опасности его профессии! Увидев Косырева, он улыбнулся. 

— Ну вот мы и встретились снова! Какие проблемы?
— Я по поводу клиента. — Адвокат назвал фамилию Ильи.
— А-а, — усмехнулся муровец, — этого, которого мы задержали? Так он, — он достал из 

кармана листок бумаги, — написал, что никакого адвоката ему не нужно. — Мужчина протянул листок Косыреву. Тот быстро прочел заявление на имя одного из руководителей МУРа, что такой-то отказывается от защиты и готов дать чистосердечное признание. «Все, — подумал Виталий, — они его «сломали»!» 

— Но это же незаконно, — запротестовал он, — ему нужен адвокат! Я не знаю, кто написал эту бумагу! 

— Послушайте, — проговорил оперативник, — если вы хотите жаловаться — пожалуйста, ради бога! 

— Я пойду в прокуратуру! 

— Это ваше право, — повторил оперативник, повернулся и пошел обратно.
Адвокат понял, что доказывать что-то сейчас бесполезно. Другого выхода не было — нужно было 

ехать в прокуратуру города.
Тут же он направился в сторону Новокузнецкой, где находилась прокуратура. У него уже был 

разработан план. Он придет к дежурному прокурору и будет доказывать, что его не допускают к человеку, которого задержали, тем самым нарушая его конституционное право на защиту. Адвокат не верил в то, что заявление, которое показал ему оперативник, Илья написал добровольно. Кто будет отказываться от адвоката? Конечно, заявление было написано под каким-то воздействием. 

Неожиданно он услышал, как кто-то в громкоговоритель произносит номер его машины. Адвокат притормозил у обочины. Возле него остановилась милицейская машина. Двое толстых гаишников подошли к нему. Один из них представился и сказал: 

— Будьте любезны, ваши документы!
Адвокат протянул ему водительское удостоверение и техпаспорт. Гаишник взял документы и 

вернулся к милицейской машине. Тут адвокат увидел, как там засветился экран маленького переносного компьютера. 

— Уважаемый, ваша машина в розыске, — сказал гаишник, вернувшись. — Вам придется проехать с нами. 

— Этого не может быть!
— Может, какое-то недоразумение. Но нам нужно все проверить.
— Хорошо. Куда мне ехать?
— Дайте, пожалуйста, ключи! — протянул руку гаишник. Адвокат пересел с водительского 

сиденья на пассажирское, гаишник уселся за руль.
Вскоре машина остановилась у ближайшего отделения милиции. Там адвокат пробыл около трех 

часов. Он полагал, что случилось недоразумение. Может быть, произошла какая-то ошибка. И тут ему в голову пришла мысль, что никакой ошибки нет. Это обыкновенная провокация. Муровцы специально дали его машину в розыск, чтобы его задержали. Но почему? Неужели это можно сделать? Это же «чистая» машина, ее подарил ему Андрей Голиков полгода назад. Он же не мог ездить на угнанной машине! 

Вскоре адвоката пригласили в один из кабинетов. Там сидел следователь, который представился и сказал: 

— Нужно допросить вас по поводу вашей машины.
— Здесь какое-то недоразумение, — начал адвокат, — моя машина не может быть в розыске. — Она не в розыске. Просто на вашу машину объявлен розыск по линии Главного управления 

уголовного розыска.
— Как это? — переспросил адвокат.
— То есть разыскивается не ваша машина, а человек, который ездил на этой машине. В общем, я 

должен был вас допросить, но мне сказали — вас не допрашивать. Вас допросят уже в Московской городской прокуратуре. 

— Я что, арестован? 

— Нет, что вы! — улыбнулся следователь. — Сейчас товарищи из МУРа приедут за вами. Они вас повезут на допрос. 

Адвокат заволновался. Он достал мобильный телефон и набрал номер своего знакомого, с которым вместе учился, следователя ФСБ. 

— Алло, это я. — Он назвал себя. — Я в одном из отделений милиции. Меня вроде задержали. — Одну минуточку, — ответил знакомый, — вам перезвонят. 

Через несколько минут кто-то позвонил следователю по городскому телефону. Адвокат услышал, что разговор идет о нем. 

— Почему я должен выполнять ваш приказ? — спрашивал следователь. — Я понимаю, кем вы работаете. Но мы немного из другой структуры, и я не знаю, с кем я говорю по телефону... 

Адвокат понимал, что на следователя оказывается сильное давление. Наконец возмущенный следователь бросил: 

— Не буду я с вами разговаривать! Положив трубку, он обратился к адвокату: 

— А у вас, оказывается, очень высокие покровители с Лубянки! — Тут же он встал из-за стола и вышел из кабинета, вероятно, пошел кому-то звонить. 

Адвокат остался сидеть в кабинете. Через несколько минут появились улыбающиеся сотрудники МУРа, которые когда-то говорили с ним возле его подъезда. 

— А мы за вами! — сказали они. — Вас необходимо доставить в прокуратуру города. С вами там хотят побеседовать. 

— 

— которой вы — — — наркотики? — 

никому он уже не мог — села батарейка у телефона. «Сейчас оперативники подкинут мне что-нибудь, — волновался он, — оружие, наркотики, и — привет, я буду обвиняемым...» 

Примерно через полчаса оперативники вернулись. По их виду адвокат понял, что ничего интересующего их они в машине не нашли. Он вышел из отделения милиции, сел в свою машину и в сопровождении оперативников доехал до прокуратуры. Там, в одном из кабинетов, его уже ждали двое незнакомых мужчин. Один из них был следователем, другой — заместитель начальника отдела. Муровцы вошли в кабинет вместе с Косыревым. 

— Мы хотим допросить вас по поводу машины, — сказал следователь. — Каким образом она попала к вам? 

— Мне ее подарили, — ответил адвокат. — Кто?
— Андрей Голиков.
— А как вы с ним познакомились? 

— Он мой клиент, и этот факт является адвокатской тайной.
— Хорошо, — кивнул головой следователь. — А вы знаете Виктора... — Он назвал фамилию. — Да, знаю.
— Откуда вы его знаете?
— Он мой клиент.
— А что вы о нем можете сказать?
— Да ничего особенного... 

Затем было названо еще несколько фамилий ребят, которые входили в группировку Голикова. Позже адвокат узнал, что это был формальный допрос — задается вопрос: знаете ли вы такого-то человека, допрашиваемый отвечает: да, знаю. И если человек дал показания, даже такие формальные, он уже не может быть адвокатом этих лиц. Следственные органы решили вывести его из дела, чтобы в дальнейшем Косырев им не мешал. 

Когда процедура была закончена, один из оперативников вдруг спросил у Косырева:
— Помните, три года назад мы с вами разговаривали и предупреждали вас, чтобы вы не защищали 

этих отморозков?
Адвокат пожал плечами: 

— Допустим, помню... 

— Пойдемте, — сказал оперативник, — мы вам кое-что покажем.
Адвокат встал и вместе со всеми прошел в соседний кабинет. Замначальника отдела зажег свет. 

Адвокат увидел прикрепленные на стену несколько листов ватмана. На них были наклеены фотографии. Наверху — фото Андрея Голикова, подпись — «Лидер ОПГ». Затем шли фотографии всех ребят, включая Илью, Виктора, Славку и других, с которыми был знаком адвокат. В правую сторону была направлена стрелка с надписью «ФСБ». С левой стороны — стрелка «Адвокат». Была наклеена его фотография, которая, видимо, была сделана «наружкой». По бокам были наклеены фото людей. Кто-то из них лежал на земле, кто-то находился в полусгоревшей машине... Вероятно, это были жертвы группировки. Их было много. 

Я что, задержан? — спросил адвокат. 

Нет, что вы! — вежливо ответил муровец. — Это просто беседа по поводу машины, на ездили. Кстати, мы сейчас ее осмотрим. 

Минуточку, — остановил их адвокат. — Я должен позвонить своему коллеге, адвокату. Зачем? — удивился оперативник.
А как же вы будете осматривать машину? Вдруг что-нибудь подложите — оружие или 

Ну что вы! Мы этим не балуемся. Нам интересно другое.
Оперативники ушли. Адвокат остался дожидаться следователя. Выйти он не мог. И позвонить 

— Ну что, впечатляет? — спросил один из оперативников. — Видите, что творят ваши друзья! А если бы вы послушали нас... 

— Вы думаете, тогда убийств было бы меньше? — спросил адвокат. — Вы считаете, что убийства связаны только с тем, буду я работать с этими людьми или не буду? Они бы и так убивали... 

Муровец промолчал.
— Ладно, мы больше не будем вас задерживать, — неожиданно вступил в разговор 

замначальника отдела прокуратуры. — Вот ваше удостоверение, вот повестка. Если будет нужно, мы вас еще раз пригласим. А теперь вы можете быть свободны. 

Через несколько минут адвокат покинул здание прокуратуры. Машина его была на специальной стоянке, мобильный телефон разряжен... Он подошел к телефону-автомату, достал карточку и стал набирать номер Андрея, чтобы предупредить его и рассказать о той схеме, которую увидел в кабинете прокуратуры. 

ГЛАВА 34 

Предчувствие не обмануло Голикова. Как только ему на мобильный позвонил адвокат и сообщил, что он не был допущен к Илье и тот якобы от его услуг отказался, потом рассказал про злоключения с машиной, про допрос, Андрей понял, что круг сжимается. Илья точно дал признательные показания. 

В этот же вечер был арестован Виктор. Со следующего дня начали брать ребят из его «бригады». 

Ночуя у своих подруг, Андрей понимал, что ему нужно срочно уезжать из Москвы. Бросив свои дорогие машины, деньги, лежащие на счетах, он переоделся в одежду попроще, взял билет на электричку и рано утром выехал во Владимир. 

Электричка до Владимира шла около трех часов. Приехав в город, Андрей снял небольшую квартиру на окраине, рассчитывая на то, что по прошествии какого-то времени про него могут забыть. 

Однако недели через две он увидел телевизионную передачу о том, как милиционеры распутали громкое дело и ликвидировали одну из опасных и кровавых группировок, которую возглавлял он, Андрей Голиков. В конце передачи телезрителям было показано несколько его фотографий. 

Андрею нужно было срочно уезжать за границу. Но для этого необходимо было снять деньги со счетов в банках. Не пустым же ехать! Конечно, операция была очень рискованной, но сделать это было нужно. 

В один из дней Андрей на частной машине приехал в Москву, в банк, где лежала основная часть его денег. Банк был частный. Его руководителем был земляк Андрея. Рассчитывая, что в девять часов утра народу в банке будет мало и тем более оперативники не выставят в такое время там засаду, Голиков решил, что на операцию снятия денег у него уйдет не более пятнадцати-двадцати минут. Он подъехал к банку за четверть часа до открытия, сидел в машине и следил за входом, пытаясь вычислить, нет ли среди тех, кто входил внутрь, оперативников МУРа. Но ничто не предвещало опасности. Обычные служащие, которые торопились на работу. 

Ровно в девять Андрей вышел из машины, незаметно перекрестился и направился к входу в банк. Показав пропуск и карточку акционера банка, он спустился в подвальное помещение, где находились ячейки. В одной из них лежала крупная сумма денег. Какие-то деньги Андрей хранил на банковских счетах, а в ячейке лежала сумма на «пожарный» случай. Андрей давно смекнул, что рано или поздно органы могут заинтересоваться им и устроить засаду на банковских счетах. Но никто не знал, что большую часть денег он хранит именно так. Поэтому он и рассчитывал, что быстро сможет взять свои деньги и благополучно выехать за рубеж. Заграничным паспортом с его фотографией, но на другую фамилию он уже давно, с помощью Ледогорова, обзавелся. 

Подойдя к ячейке, Голиков открыл ее, переложил содержимое в спортивную сумку и уже собрался уйти, но неожиданно его остановил охранник. 

— Одну минуточку, — сказал он негромко, — можно еще раз посмотреть ваши документы? Вероятно, полубомжовый вид Андрея смутил его. Как-никак охранник видел, что Андрей при входе показал контролеру, обслуживающему банковские ячейки, паспорт с вложенной в него глянцевой карточкой 

акционера банка.
Андрей остановился. Охранник стал внимательно разглядывать паспорт, перелистывая страницы. 

«Зачем он это делает?» — подумал Андрей.
— Послушай, командир, — проговорил Андрей, — я тороплюсь. Что, ко мне какие-то вопросы? 

Я акционер этого банка.
Охранник подозрительно взглянул на него. 

— За город я еду, потому так и одет, — объяснил свой внешний вид Андрей. 

— Извините, — сказал охранник, возвращая паспорт, — всего доброго!
Голиков стал медленно подниматься по крутой лестнице наверх. Он вышел в вестибюль и 

направился к выходу. Когда ему оставалось пройти буквально несколько шагов до его неприметной машины, кто-то окликнул его: 

— Андрей!
Голиков обернулся. Перед ним стояли несколько мужчин. 

— Спокойно, Голиков, без глупостей! — проговорил один из них. 

Это были оперативники МУРа. Через минуту он уже сидел в машине, на руках его были наручники. «Ну вот, — подумал он, — все и закончилось!» 

Сначала Андрея привезли на Петровку. Но там никакого допроса не было. Его только фотографировали и снимали на видеокамеру, вероятно, для телевидения. Потом в кабинет вошли несколько человек, очевидно, полюбопытствовать, посмотреть на пойманного злодея, руководителя самой кровавой группировки киллеров. Затем один из оперативников принес постановление прокурора об аресте Андрея. 

— Ну что, поехали, — сказал он.
— Куда, в Бутырку? — поинтересовался Андрей. — Или в Лефортово?
— Нет, в Лефортово ты точно не поедешь, — ответил оперативник. — В Матроску, в спецблок. 

Вечером Андрей уже был в одной из камер спецблока Матросской Тишины. 

На следующий день к нему пришли оперативники. Это был не допрос, а просто беседа. Оперативники начали с главного, что они взяли всю группировку. И все члены группировки дали признательные показания. В ближайшее время состоится суд, и Андрею гарантирован максимальный срок наказания. 

— Жаль, конечно, — сказал один из оперативников, — что тебе смертную казнь не дадут, так как Россия подписала конвенцию об отмене смертной казни. Но в лагере — а получишь ты лет двадцать — двадцать пять — ты и одного дня не проживешь. 

— Почему? 

— А потому, что смертный приговор тебе подписала половина преступного мира Москвы, — усмехнулся оперативник. — И тут тебе никакая фээсбэшная «крыша» не поможет. Кстати, твоего опера тоже в ближайшее время «закроют», он работал с тобой как левак. Контора ему полномочий на твое «крышевание» не давала, — добавил он. 

Андрей понял, что они его просто злят.
— Да пошли вы!.. — громко сказал он.
— Ах вот как ты разговариваешь! Ну что же, тогда вот что. Завтра тебя ожидает сюрприз.
— Какой? На свободу, что ли, выпускаете?
— Почти угадал. В общую камеру тебя переводим. Нечего тебе на спецблоке отсиживаться. А там, 

может быть, кого из знакомых встретишь...
Это известие расстроило Андрея. Он понимал, что это очередной ход оперов. Не могут они ни снять 

с него информацию, ни попробовать его завербовать, а сразу переводят в общую камеру. А может, они блефуют, чтобы он признался в чем-то? 

Андрей не мог заснуть, все время думая об этом. Если его переведут в общую камеру, то там наверняка найдутся его враги из тех группировок, с кем он вел войну, чьих лидеров и авторитетов истреблял. Тогда ему конец. Он ворочался с боку на бок и старался отогнать от себя эти мысли. 

На следующее утро конвоир, открыв дверь в камеру, громко сказал: — Голиков, с вещами!
— Куда меня? — спросил Андрей.
— Тебя в общую камеру переводят. 

Голиков медленно шел по коридору. А может быть, это все же неправда? 

Они прошли несколько коридоров и спустились двумя этажами ниже. Там конвоир передал его другому, который и повел его в общую камеру. «Ну что же, — подумал Андрей, — попытаемся выжить!» 

— Проходим! — громко произнес конвоир, открывая металлическую дверь большой камеры. Андрей вошел внутрь. Большая камера, в которой находилось человек сто, была очень грязной, в 

запущенном состоянии. «Может быть, — подумал он, — мне все же повезет...» 

ГЛАВА 35 

После эпизода с попыткой арестовать Лазовского Ледогоров попал в опалу. Несколько разговоров на повышенных тонах в кабинетах своего и вышестоящего начальства, бесконечное писание оправдательных бумаг, объяснений, рапортов привело к тому, что через два дня Ледогоров был выведен за штат и поступил в распоряжение управления кадров. Несколько дней он сидел дома, ожидая, что управление кадров направит его куда-нибудь на периферию. Он помнил слова начальника, что рано или поздно он снова окажется в конвойных войсках. 

В один из дней раздался звонок. Владимир услышал знакомый голос Лазовского.
— Что делаешь, Володя? — спросил тот.
— Вот, сижу дома, жду направления в конвойные войска, — невесело пошутил Ледогоров. — Брось, не думай об этом! Приезжай ко мне в офис, поговорить надо. 

Вскоре Ледогоров был в просторном кабинете Лазовского.
— Пиши-ка ты рапорт об увольнении и переходи ко мне в охрану или референтом, — сказал 

Семен Абрамович. — Выбирай, кем хочешь.
— А вам не страшно меня, опального чекиста, к себе брать? — спросил Владимир. — Я своих не бросаю. 

Радостный и обнадеженный, Ледогоров вернулся домой. Он решил дождаться вызова в управление кадров и, в зависимости от предложенного варианта — а скорее всего, вариант его не устроит, — написать рапорт об увольнении. Ближе к вечеру телефон снова зазвонил. Незнакомый мужской голос произнес: 

— Мне нужен Ледогоров.
— Я вас слушаю, — ответил Владимир.
— Вас беспокоит следователь Главной военной прокуратуры. У нас есть к вам несколько вопросов. 

Вы можете приехать на беседу?
— А какие у вас ко мне вопросы? 

— Вы же работали в известной конторе, и вас надо допросить в качестве свидетеля. — Хорошо, я приеду завтра.
— Нет, желательно приехать сегодня.
— Так уже шесть часов вечера! 

— Мы работаем допоздна. Приезжайте сегодня.
— Хорошо. Как я вас найду?
— Вы знаете, где находится Главная военная прокуратура?
— Конечно, знаю.
— Подойдете на проходную, назовете свою фамилию, скажете, что вы к майору Северцеву. Для 

вас будет приготовлен пропуск.
— Хорошо, минут через тридцать я буду, — ответил Владимир.
— Пожалуйста, не забудьте взять с собой документы, — добавил следователь. 

Ледогоров сел в машину и поехал к зданию Главной военной прокуратуры, которое находилось недалеко от метро «Фрунзенская». «Интересно, — думал он по дороге, — по какому делу они меня вызывают?» Конечно, дел могло быть много. И военными, которые совершали приписки и хищения воинского имущества, они занимались, и другие дела делали... Да мало ли какие эпизоды прошли! 

Через полчаса он уже сидел в небольшом кабинете и внимательно смотрел на следователя. Майору Северцеву было около сорока лет. Его звание говорило о том, что Северцев звезд с неба не хватал. 

— Мы пригласили вас вот по какому делу, — начал следователь. — Два года назад вы, как офицер Федеральной службы безопасности, допрашивали одного коммерсанта, Рената Ашарова. Помните? 

— Нет, извините, не помню... И что из этого? 

— Вы применили к нему грубую физическую силу и психологическое запугивание. Ледогоров пожал плечами: 

— Может быть, тут какая-то путаница? 

— Никакой путаницы нет, — проговорил Северцев и нажал на кнопку вызова. Через несколько минут в кабинет вошли два офицера. Один из них нес видеодвойку. Офицеры подключили аппаратуру к сети. — Вот, пожалуйста, посмотрите! — сказал майор. 

Конечно, Ледогоров вспомнил, как пару лет назад допрашивал этого коммерсанта из Строгина. На пленке было видно, как Ледогоров бил коммерсанта по лицу. «Вот сволочь, — подумал Владимир, — он, оказывается, меня записывал! В квартире видеокамеру поставил!» 

— Узнаете себя? — спросил следователь. 

— Да, узнаю, — кивнул Ледогоров. — Я работал по инструкции, и я не допрашивал, а только беседовал с ним. 

— По инструкции бить не полагается. В общем, на вас написали заявление, и мы были вынуждены возбудить уголовное дело против вас. Вот, — он протянул Ледогорову два листка бумаги, — ознакомьтесь! 

— Что это? — спросил Владимир. 

— О привлечении вас в качестве обвиняемого.
Ледогоров почувствовал, что сердце у него часто забилось. 

— А это что? — Он показал на второй листок.
— А это постановление о взятии вас под арест, подписанное Главным военным прокурором.
— Меня — под арест? — переспросил Ледогоров.
— Да, именно вас.
— Я ничего подписывать не буду, — отрицательно покачал головой Ледогоров.
— Мы это предусмотрели, — сказал следователь спокойно и обратился к одному из офицеров: — 

Пригласите, пожалуйста, понятых!
Вскоре в кабинет вошли две женщины, которые, вероятно, работали в прокуратуре машинистками. 

— Товарищи, — обратился к ним следователь, — назовите, пожалуйста, ваши фамилии! Женщины назвались. 

— Вы присутствуете при следственных действиях, — продолжал Северцев. — В настоящее время гражданину Ледогорову, подполковнику Федеральной службы безопасности, предъявляется обвинение, от ознакомления с которым гражданин Ледогоров отказался, а также ордер на его арест, от ознакомления с которым он опять же отказался. Пожалуйста, распишитесь! 

Ледогоров зло посмотрел на следователя. Вот так, приехал побеседовать! 

— И куда меня теперь? — спросил он. 

— В Лефортово, — ответил следователь. — Побудете там несколько дней.
Всю дорогу до Лефортова Ледогоров думал, почему это случилось. Кто же его так подставил? 

Неужели это козни генерала Цветкова? Похоже, это его работа. Как они раскопали это дело? Да если бы он не был в опале, никто на это внимания бы не обратил... А может быть, все же выпустят? «Нет, определенно, мне мстят за связь с Лазовским», — думал Владимир. 

Сидя в Лефортово, в камере на двоих, Ледогоров думал только о том, как себя спасти. Однажды, когда его повели на допрос к следователю, он в коридоре неожиданно встретил своего знакомого, работающего следователем в ФСБ. Увидев Владимира, знакомый удивленно посмотрел на него. 

— Помоги мне, если можешь, пришли адвоката! — быстро проговорил Ледогоров полушепотом. Конвоир тут же громко сказал: 

— Разговаривать запрещено!
Но Ледогоров уже молчал. Знакомый следователь кивнул головой, показав, что просьбу он 

услышал. Теперь Владимиру оставалось ждать и надеяться... 

 

ГЛАВА 33 

Адвокат сидел за столиком и внимательно смотрел на только что приехавшего на встречу Андрея Голикова. Тот был взволнован. Он говорил Косыреву, что ему немедленно нужно подъехать на Петровку и пробиться к задержанному Илье. Андрей сделал паузу и повторил: 

— Пойми, необходимо срочно к нему прорваться, иначе они его «запрессуют» так, что он всех сдаст. У нас в нем никакой уверенности нет. 

Адвокат, понимая, что от него сейчас зависит многое, кивнул головой: — Хорошо, я сейчас туда поеду. 

Сев в машину, он направился на Петровку, 38. Из приемной он дозвонился до отдела, который задержал Илью. Вскоре он уже получил пропуск и подошел к проходной. Но каково же было его удивление, когда к нему из здания вышел мужчина, который несколько лет назад ждал его у подъезда и предупреждал об опасности его профессии! Увидев Косырева, он улыбнулся. 

— Ну вот мы и встретились снова! Какие проблемы?
— Я по поводу клиента. — Адвокат назвал фамилию Ильи.
— А-а, — усмехнулся муровец, — этого, которого мы задержали? Так он, — он достал из 

кармана листок бумаги, — написал, что никакого адвоката ему не нужно. — Мужчина протянул листок Косыреву. Тот быстро прочел заявление на имя одного из руководителей МУРа, что такой-то отказывается от защиты и готов дать чистосердечное признание. «Все, — подумал Виталий, — они его «сломали»!» 

— Но это же незаконно, — запротестовал он, — ему нужен адвокат! Я не знаю, кто написал эту бумагу! 

— Послушайте, — проговорил оперативник, — если вы хотите жаловаться — пожалуйста, ради бога! 

— Я пойду в прокуратуру! 

— Это ваше право, — повторил оперативник, повернулся и пошел обратно.
Адвокат понял, что доказывать что-то сейчас бесполезно. Другого выхода не было — нужно было 

ехать в прокуратуру города.
Тут же он направился в сторону Новокузнецкой, где находилась прокуратура. У него уже был 

разработан план. Он придет к дежурному прокурору и будет доказывать, что его не допускают к человеку, которого задержали, тем самым нарушая его конституционное право на защиту. Адвокат не верил в то, что заявление, которое показал ему оперативник, Илья написал добровольно. Кто будет отказываться от адвоката? Конечно, заявление было написано под каким-то воздействием. 

Неожиданно он услышал, как кто-то в громкоговоритель произносит номер его машины. Адвокат притормозил у обочины. Возле него остановилась милицейская машина. Двое толстых гаишников подошли к нему. Один из них представился и сказал: 

— Будьте любезны, ваши документы!
Адвокат протянул ему водительское удостоверение и техпаспорт. Гаишник взял документы и 

вернулся к милицейской машине. Тут адвокат увидел, как там засветился экран маленького переносного компьютера. 

— Уважаемый, ваша машина в розыске, — сказал гаишник, вернувшись. — Вам придется проехать с нами. 

— Этого не может быть!
— Может, какое-то недоразумение. Но нам нужно все проверить.
— Хорошо. Куда мне ехать?
— Дайте, пожалуйста, ключи! — протянул руку гаишник. Адвокат пересел с водительского 

сиденья на пассажирское, гаишник уселся за руль.
Вскоре машина остановилась у ближайшего отделения милиции. Там адвокат пробыл около трех 

часов. Он полагал, что случилось недоразумение. Может быть, произошла какая-то ошибка. И тут ему в голову пришла мысль, что никакой ошибки нет. Это обыкновенная провокация. Муровцы специально дали его машину в розыск, чтобы его задержали. Но почему? Неужели это можно сделать? Это же «чистая» машина, ее подарил ему Андрей Голиков полгода назад. Он же не мог ездить на угнанной машине! 

Вскоре адвоката пригласили в один из кабинетов. Там сидел следователь, который представился и сказал: 

— Нужно допросить вас по поводу вашей машины.
— Здесь какое-то недоразумение, — начал адвокат, — моя машина не может быть в розыске. — Она не в розыске. Просто на вашу машину объявлен розыск по линии Главного управления 

уголовного розыска.
— Как это? — переспросил адвокат.
— То есть разыскивается не ваша машина, а человек, который ездил на этой машине. В общем, я 

должен был вас допросить, но мне сказали — вас не допрашивать. Вас допросят уже в Московской городской прокуратуре. 

— Я что, арестован? 

— Нет, что вы! — улыбнулся следователь. — Сейчас товарищи из МУРа приедут за вами. Они вас повезут на допрос. 

Адвокат заволновался. Он достал мобильный телефон и набрал номер своего знакомого, с которым вместе учился, следователя ФСБ. 

— Алло, это я. — Он назвал себя. — Я в одном из отделений милиции. Меня вроде задержали. — Одну минуточку, — ответил знакомый, — вам перезвонят. 

Через несколько минут кто-то позвонил следователю по городскому телефону. Адвокат услышал, что разговор идет о нем. 

— Почему я должен выполнять ваш приказ? — спрашивал следователь. — Я понимаю, кем вы работаете. Но мы немного из другой структуры, и я не знаю, с кем я говорю по телефону... 

Адвокат понимал, что на следователя оказывается сильное давление. Наконец возмущенный следователь бросил: 

— Не буду я с вами разговаривать! Положив трубку, он обратился к адвокату: 

— А у вас, оказывается, очень высокие покровители с Лубянки! — Тут же он встал из-за стола и вышел из кабинета, вероятно, пошел кому-то звонить. 

Адвокат остался сидеть в кабинете. Через несколько минут появились улыбающиеся сотрудники МУРа, которые когда-то говорили с ним возле его подъезда. 

— А мы за вами! — сказали они. — Вас необходимо доставить в прокуратуру города. С вами там хотят побеседовать. 

— 

— которой вы — — — наркотики? — 

никому он уже не мог — села батарейка у телефона. «Сейчас оперативники подкинут мне что-нибудь, — волновался он, — оружие, наркотики, и — привет, я буду обвиняемым...» 

Примерно через полчаса оперативники вернулись. По их виду адвокат понял, что ничего интересующего их они в машине не нашли. Он вышел из отделения милиции, сел в свою машину и в сопровождении оперативников доехал до прокуратуры. Там, в одном из кабинетов, его уже ждали двое незнакомых мужчин. Один из них был следователем, другой — заместитель начальника отдела. Муровцы вошли в кабинет вместе с Косыревым. 

— Мы хотим допросить вас по поводу машины, — сказал следователь. — Каким образом она попала к вам? 

— Мне ее подарили, — ответил адвокат. — Кто?
— Андрей Голиков.
— А как вы с ним познакомились? 

— Он мой клиент, и этот факт является адвокатской тайной.
— Хорошо, — кивнул головой следователь. — А вы знаете Виктора... — Он назвал фамилию. — Да, знаю.
— Откуда вы его знаете?
— Он мой клиент.
— А что вы о нем можете сказать?
— Да ничего особенного... 

Затем было названо еще несколько фамилий ребят, которые входили в группировку Голикова. Позже адвокат узнал, что это был формальный допрос — задается вопрос: знаете ли вы такого-то человека, допрашиваемый отвечает: да, знаю. И если человек дал показания, даже такие формальные, он уже не может быть адвокатом этих лиц. Следственные органы решили вывести его из дела, чтобы в дальнейшем Косырев им не мешал. 

Когда процедура была закончена, один из оперативников вдруг спросил у Косырева:
— Помните, три года назад мы с вами разговаривали и предупреждали вас, чтобы вы не защищали 

этих отморозков?
Адвокат пожал плечами: 

— Допустим, помню... 

— Пойдемте, — сказал оперативник, — мы вам кое-что покажем.
Адвокат встал и вместе со всеми прошел в соседний кабинет. Замначальника отдела зажег свет. 

Адвокат увидел прикрепленные на стену несколько листов ватмана. На них были наклеены фотографии. Наверху — фото Андрея Голикова, подпись — «Лидер ОПГ». Затем шли фотографии всех ребят, включая Илью, Виктора, Славку и других, с которыми был знаком адвокат. В правую сторону была направлена стрелка с надписью «ФСБ». С левой стороны — стрелка «Адвокат». Была наклеена его фотография, которая, видимо, была сделана «наружкой». По бокам были наклеены фото людей. Кто-то из них лежал на земле, кто-то находился в полусгоревшей машине... Вероятно, это были жертвы группировки. Их было много. 

Я что, задержан? — спросил адвокат. 

Нет, что вы! — вежливо ответил муровец. — Это просто беседа по поводу машины, на ездили. Кстати, мы сейчас ее осмотрим. 

Минуточку, — остановил их адвокат. — Я должен позвонить своему коллеге, адвокату. Зачем? — удивился оперативник.
А как же вы будете осматривать машину? Вдруг что-нибудь подложите — оружие или 

Ну что вы! Мы этим не балуемся. Нам интересно другое.
Оперативники ушли. Адвокат остался дожидаться следователя. Выйти он не мог. И позвонить 

— Ну что, впечатляет? — спросил один из оперативников. — Видите, что творят ваши друзья! А если бы вы послушали нас... 

— Вы думаете, тогда убийств было бы меньше? — спросил адвокат. — Вы считаете, что убийства связаны только с тем, буду я работать с этими людьми или не буду? Они бы и так убивали... 

Муровец промолчал.
— Ладно, мы больше не будем вас задерживать, — неожиданно вступил в разговор 

замначальника отдела прокуратуры. — Вот ваше удостоверение, вот повестка. Если будет нужно, мы вас еще раз пригласим. А теперь вы можете быть свободны. 

Через несколько минут адвокат покинул здание прокуратуры. Машина его была на специальной стоянке, мобильный телефон разряжен... Он подошел к телефону-автомату, достал карточку и стал набирать номер Андрея, чтобы предупредить его и рассказать о той схеме, которую увидел в кабинете прокуратуры. 

ГЛАВА 34 

Предчувствие не обмануло Голикова. Как только ему на мобильный позвонил адвокат и сообщил, что он не был допущен к Илье и тот якобы от его услуг отказался, потом рассказал про злоключения с машиной, про допрос, Андрей понял, что круг сжимается. Илья точно дал признательные показания. 

В этот же вечер был арестован Виктор. Со следующего дня начали брать ребят из его «бригады». 

Ночуя у своих подруг, Андрей понимал, что ему нужно срочно уезжать из Москвы. Бросив свои дорогие машины, деньги, лежащие на счетах, он переоделся в одежду попроще, взял билет на электричку и рано утром выехал во Владимир. 

Электричка до Владимира шла около трех часов. Приехав в город, Андрей снял небольшую квартиру на окраине, рассчитывая на то, что по прошествии какого-то времени про него могут забыть. 

Однако недели через две он увидел телевизионную передачу о том, как милиционеры распутали громкое дело и ликвидировали одну из опасных и кровавых группировок, которую возглавлял он, Андрей Голиков. В конце передачи телезрителям было показано несколько его фотографий. 

Андрею нужно было срочно уезжать за границу. Но для этого необходимо было снять деньги со счетов в банках. Не пустым же ехать! Конечно, операция была очень рискованной, но сделать это было нужно. 

В один из дней Андрей на частной машине приехал в Москву, в банк, где лежала основная часть его денег. Банк был частный. Его руководителем был земляк Андрея. Рассчитывая, что в девять часов утра народу в банке будет мало и тем более оперативники не выставят в такое время там засаду, Голиков решил, что на операцию снятия денег у него уйдет не более пятнадцати-двадцати минут. Он подъехал к банку за четверть часа до открытия, сидел в машине и следил за входом, пытаясь вычислить, нет ли среди тех, кто входил внутрь, оперативников МУРа. Но ничто не предвещало опасности. Обычные служащие, которые торопились на работу. 

Ровно в девять Андрей вышел из машины, незаметно перекрестился и направился к входу в банк. Показав пропуск и карточку акционера банка, он спустился в подвальное помещение, где находились ячейки. В одной из них лежала крупная сумма денег. Какие-то деньги Андрей хранил на банковских счетах, а в ячейке лежала сумма на «пожарный» случай. Андрей давно смекнул, что рано или поздно органы могут заинтересоваться им и устроить засаду на банковских счетах. Но никто не знал, что большую часть денег он хранит именно так. Поэтому он и рассчитывал, что быстро сможет взять свои деньги и благополучно выехать за рубеж. Заграничным паспортом с его фотографией, но на другую фамилию он уже давно, с помощью Ледогорова, обзавелся. 

Подойдя к ячейке, Голиков открыл ее, переложил содержимое в спортивную сумку и уже собрался уйти, но неожиданно его остановил охранник. 

— Одну минуточку, — сказал он негромко, — можно еще раз посмотреть ваши документы? Вероятно, полубомжовый вид Андрея смутил его. Как-никак охранник видел, что Андрей при входе показал контролеру, обслуживающему банковские ячейки, паспорт с вложенной в него глянцевой карточкой 

акционера банка.
Андрей остановился. Охранник стал внимательно разглядывать паспорт, перелистывая страницы. 

«Зачем он это делает?» — подумал Андрей.
— Послушай, командир, — проговорил Андрей, — я тороплюсь. Что, ко мне какие-то вопросы? 

Я акционер этого банка.
Охранник подозрительно взглянул на него. 

— За город я еду, потому так и одет, — объяснил свой внешний вид Андрей. 

— Извините, — сказал охранник, возвращая паспорт, — всего доброго!
Голиков стал медленно подниматься по крутой лестнице наверх. Он вышел в вестибюль и 

направился к выходу. Когда ему оставалось пройти буквально несколько шагов до его неприметной машины, кто-то окликнул его: 

— Андрей!
Голиков обернулся. Перед ним стояли несколько мужчин. 

— Спокойно, Голиков, без глупостей! — проговорил один из них. 

Это были оперативники МУРа. Через минуту он уже сидел в машине, на руках его были наручники. «Ну вот, — подумал он, — все и закончилось!» 

Сначала Андрея привезли на Петровку. Но там никакого допроса не было. Его только фотографировали и снимали на видеокамеру, вероятно, для телевидения. Потом в кабинет вошли несколько человек, очевидно, полюбопытствовать, посмотреть на пойманного злодея, руководителя самой кровавой группировки киллеров. Затем один из оперативников принес постановление прокурора об аресте Андрея. 

— Ну что, поехали, — сказал он.
— Куда, в Бутырку? — поинтересовался Андрей. — Или в Лефортово?
— Нет, в Лефортово ты точно не поедешь, — ответил оперативник. — В Матроску, в спецблок. 

Вечером Андрей уже был в одной из камер спецблока Матросской Тишины. 

На следующий день к нему пришли оперативники. Это был не допрос, а просто беседа. Оперативники начали с главного, что они взяли всю группировку. И все члены группировки дали признательные показания. В ближайшее время состоится суд, и Андрею гарантирован максимальный срок наказания. 

— Жаль, конечно, — сказал один из оперативников, — что тебе смертную казнь не дадут, так как Россия подписала конвенцию об отмене смертной казни. Но в лагере — а получишь ты лет двадцать — двадцать пять — ты и одного дня не проживешь. 

— Почему? 

— А потому, что смертный приговор тебе подписала половина преступного мира Москвы, — усмехнулся оперативник. — И тут тебе никакая фээсбэшная «крыша» не поможет. Кстати, твоего опера тоже в ближайшее время «закроют», он работал с тобой как левак. Контора ему полномочий на твое «крышевание» не давала, — добавил он. 

Андрей понял, что они его просто злят.
— Да пошли вы!.. — громко сказал он.
— Ах вот как ты разговариваешь! Ну что же, тогда вот что. Завтра тебя ожидает сюрприз.
— Какой? На свободу, что ли, выпускаете?
— Почти угадал. В общую камеру тебя переводим. Нечего тебе на спецблоке отсиживаться. А там, 

может быть, кого из знакомых встретишь...
Это известие расстроило Андрея. Он понимал, что это очередной ход оперов. Не могут они ни снять 

с него информацию, ни попробовать его завербовать, а сразу переводят в общую камеру. А может, они блефуют, чтобы он признался в чем-то? 

Андрей не мог заснуть, все время думая об этом. Если его переведут в общую камеру, то там наверняка найдутся его враги из тех группировок, с кем он вел войну, чьих лидеров и авторитетов истреблял. Тогда ему конец. Он ворочался с боку на бок и старался отогнать от себя эти мысли. 

На следующее утро конвоир, открыв дверь в камеру, громко сказал: — Голиков, с вещами!
— Куда меня? — спросил Андрей.
— Тебя в общую камеру переводят. 

Голиков медленно шел по коридору. А может быть, это все же неправда? 

Они прошли несколько коридоров и спустились двумя этажами ниже. Там конвоир передал его другому, который и повел его в общую камеру. «Ну что же, — подумал Андрей, — попытаемся выжить!» 

— Проходим! — громко произнес конвоир, открывая металлическую дверь большой камеры. Андрей вошел внутрь. Большая камера, в которой находилось человек сто, была очень грязной, в 

запущенном состоянии. «Может быть, — подумал он, — мне все же повезет...» 

ГЛАВА 35 

После эпизода с попыткой арестовать Лазовского Ледогоров попал в опалу. Несколько разговоров на повышенных тонах в кабинетах своего и вышестоящего начальства, бесконечное писание оправдательных бумаг, объяснений, рапортов привело к тому, что через два дня Ледогоров был выведен за штат и поступил в распоряжение управления кадров. Несколько дней он сидел дома, ожидая, что управление кадров направит его куда-нибудь на периферию. Он помнил слова начальника, что рано или поздно он снова окажется в конвойных войсках. 

В один из дней раздался звонок. Владимир услышал знакомый голос Лазовского.
— Что делаешь, Володя? — спросил тот.
— Вот, сижу дома, жду направления в конвойные войска, — невесело пошутил Ледогоров. — Брось, не думай об этом! Приезжай ко мне в офис, поговорить надо. 

Вскоре Ледогоров был в просторном кабинете Лазовского.
— Пиши-ка ты рапорт об увольнении и переходи ко мне в охрану или референтом, — сказал 

Семен Абрамович. — Выбирай, кем хочешь.
— А вам не страшно меня, опального чекиста, к себе брать? — спросил Владимир. — Я своих не бросаю. 

Радостный и обнадеженный, Ледогоров вернулся домой. Он решил дождаться вызова в управление кадров и, в зависимости от предложенного варианта — а скорее всего, вариант его не устроит, — написать рапорт об увольнении. Ближе к вечеру телефон снова зазвонил. Незнакомый мужской голос произнес: 

— Мне нужен Ледогоров.
— Я вас слушаю, — ответил Владимир.
— Вас беспокоит следователь Главной военной прокуратуры. У нас есть к вам несколько вопросов. 

Вы можете приехать на беседу?
— А какие у вас ко мне вопросы? 

— Вы же работали в известной конторе, и вас надо допросить в качестве свидетеля. — Хорошо, я приеду завтра.
— Нет, желательно приехать сегодня.
— Так уже шесть часов вечера! 

— Мы работаем допоздна. Приезжайте сегодня.
— Хорошо. Как я вас найду?
— Вы знаете, где находится Главная военная прокуратура?
— Конечно, знаю.
— Подойдете на проходную, назовете свою фамилию, скажете, что вы к майору Северцеву. Для 

вас будет приготовлен пропуск.
— Хорошо, минут через тридцать я буду, — ответил Владимир.
— Пожалуйста, не забудьте взять с собой документы, — добавил следователь. 

Ледогоров сел в машину и поехал к зданию Главной военной прокуратуры, которое находилось недалеко от метро «Фрунзенская». «Интересно, — думал он по дороге, — по какому делу они меня вызывают?» Конечно, дел могло быть много. И военными, которые совершали приписки и хищения воинского имущества, они занимались, и другие дела делали... Да мало ли какие эпизоды прошли! 

Через полчаса он уже сидел в небольшом кабинете и внимательно смотрел на следователя. Майору Северцеву было около сорока лет. Его звание говорило о том, что Северцев звезд с неба не хватал. 

— Мы пригласили вас вот по какому делу, — начал следователь. — Два года назад вы, как офицер Федеральной службы безопасности, допрашивали одного коммерсанта, Рената Ашарова. Помните? 

— Нет, извините, не помню... И что из этого? 

— Вы применили к нему грубую физическую силу и психологическое запугивание. Ледогоров пожал плечами: 

— Может быть, тут какая-то путаница? 

— Никакой путаницы нет, — проговорил Северцев и нажал на кнопку вызова. Через несколько минут в кабинет вошли два офицера. Один из них нес видеодвойку. Офицеры подключили аппаратуру к сети. — Вот, пожалуйста, посмотрите! — сказал майор. 

Конечно, Ледогоров вспомнил, как пару лет назад допрашивал этого коммерсанта из Строгина. На пленке было видно, как Ледогоров бил коммерсанта по лицу. «Вот сволочь, — подумал Владимир, — он, оказывается, меня записывал! В квартире видеокамеру поставил!» 

— Узнаете себя? — спросил следователь. 

— Да, узнаю, — кивнул Ледогоров. — Я работал по инструкции, и я не допрашивал, а только беседовал с ним. 

— По инструкции бить не полагается. В общем, на вас написали заявление, и мы были вынуждены возбудить уголовное дело против вас. Вот, — он протянул Ледогорову два листка бумаги, — ознакомьтесь! 

— Что это? — спросил Владимир. 

— О привлечении вас в качестве обвиняемого.
Ледогоров почувствовал, что сердце у него часто забилось. 

— А это что? — Он показал на второй листок.
— А это постановление о взятии вас под арест, подписанное Главным военным прокурором.
— Меня — под арест? — переспросил Ледогоров.
— Да, именно вас.
— Я ничего подписывать не буду, — отрицательно покачал головой Ледогоров.
— Мы это предусмотрели, — сказал следователь спокойно и обратился к одному из офицеров: — 

Пригласите, пожалуйста, понятых!
Вскоре в кабинет вошли две женщины, которые, вероятно, работали в прокуратуре машинистками. 

— Товарищи, — обратился к ним следователь, — назовите, пожалуйста, ваши фамилии! Женщины назвались. 

— Вы присутствуете при следственных действиях, — продолжал Северцев. — В настоящее время гражданину Ледогорову, подполковнику Федеральной службы безопасности, предъявляется обвинение, от ознакомления с которым гражданин Ледогоров отказался, а также ордер на его арест, от ознакомления с которым он опять же отказался. Пожалуйста, распишитесь! 

Ледогоров зло посмотрел на следователя. Вот так, приехал побеседовать! 

— И куда меня теперь? — спросил он. 

— В Лефортово, — ответил следователь. — Побудете там несколько дней.
Всю дорогу до Лефортова Ледогоров думал, почему это случилось. Кто же его так подставил? 

Неужели это козни генерала Цветкова? Похоже, это его работа. Как они раскопали это дело? Да если бы он не был в опале, никто на это внимания бы не обратил... А может быть, все же выпустят? «Нет, определенно, мне мстят за связь с Лазовским», — думал Владимир. 

Сидя в Лефортово, в камере на двоих, Ледогоров думал только о том, как себя спасти. Однажды, когда его повели на допрос к следователю, он в коридоре неожиданно встретил своего знакомого, работающего следователем в ФСБ. Увидев Владимира, знакомый удивленно посмотрел на него. 

— Помоги мне, если можешь, пришли адвоката! — быстро проговорил Ледогоров полушепотом. Конвоир тут же громко сказал: 

— Разговаривать запрещено!
Но Ледогоров уже молчал. Знакомый следователь кивнул головой, показав, что просьбу он 

услышал. Теперь Владимиру оставалось ждать и надеяться... 
 
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТГЛАВА 36 

Об аресте Голикова адвокат узнал из газет и из многочисленных телевизионных репортажей, которые показывали, как был задержан лидер самой кровавой группировки киллеров, действующей в Москве. Вспомнив о данном им Андрею слове, что в случае, если того задержат, он немедленно появится у него, Косырев быстро собрал необходимые документы, заполнил на имя Андрея ордер и направился в городскую прокуратуры. Через некоторое время он уже был в здании, которое находилось недалеко от метро «Бауманская». 

Предъявив удостоверение дежурному милиционеру, он сказал: — Мне нужен следователь, который ведет дело Голикова. 

Милиционер пожал плечами:
— Откуда я знаю, кто его ведет?
— Свяжитесь с канцелярией или с секретарем начальника управления по расследованию убийств. 

Наверняка у них это дело.
— Хорошо, — сказал дежурный, — сейчас я узнаю. 

Он снял трубку внутреннего телефона и набрал номер.
— Тут адвокат пришел по делу Голикова. К кому его направить? 

Собеседник стал что-то долго объяснять. Милиционер внимательно выслушал его и сказал: — Понял вас. 

Он положил трубку и обратился к адвокату:
— Сейчас за вами спустятся. — Он протянул ему адвокатское удостоверение. 

Через несколько минут со второго этажа спустился высокий парень лет тридцати, в гражданской одежде. 

— Вы адвокат по делу Голикова? — спросил он. — Да, я.
— Пойдемте со мной! 

Адвокат поднялся на третий этаж. Пройдя по коридору, парень остановился перед большой дверью с табличкой: «Зам. начальника отдела». 

— Проходите! — Парень открыл дверь.
Адвокат вошел. Перед ним сидел тот самый замначальника отдела, который недавно показывал ему 

листы ватмана с фотографиями членов группировки Андрея.
— Вот мы с вами и встретились снова, — улыбнулся он. — Проходите, садитесь!
— Я пришел как защитник Андрея Голикова, — проговорил адвокат.
— А ордер у вас есть?
— Да, конечно, есть. — Адвокат достал ордер и удостоверение.
— Кто же вас нанял?
— Вообще-то, нас не нанимают, нанимают лошадей на ипподроме. А адвокатов приглашают... — Хорошо, кто же вас пригласил? Вроде всех арестовали.
— Это не имеет значения, кто меня пригласил. Пригласили родственники.
— Какие же у него родственники? У него родственников в Москве нет, — продолжал 

замначальника отдела.
— Извините, вы специально время тянете? Может быть, опять оперативников из МУРа ждете? — 

перебил его адвокат.
— Нет, никого я не жду. Я сам могу принять решение. Напишите, пожалуйста, официальное 

заявление о том, что ходатайствуете перед Московской городской прокуратурой о допуске вас в качестве защитника по делу Андрея Голикова. 

— А зачем нужно такое заявление? 

— Пишите, пишите! Мы потом вам все объясним. Адвокат взял листок бумаги и быстро написал заявление. 

— Вот и все. Через пару дней получите официальный ответ. 

— А сейчас к нему нельзя попасть, нельзя выполнить функции защитника? — поинтересовался адвокат. 

— Нет, вас никто к нему не допустит. Вы же прекрасно знаете закон и, конечно, читали статью Уголовно-процессуального кодекса, в которой сказано, что адвокат, допрошенный в качестве свидетеля, не может являться адвокатом по данному делу. 

«Так вот оно что, — тут же сообразил адвокат, — вот почему тогда задержали мою машину! Вот почему они задавали тогда элементарные вопросы, знаю ли я такого-то...» 

— И когда я был допрошен? — спросил Косырев. 

— Вы прекрасно помните, — улыбнулся замначальника, — когда вас допросили на предмет объявления вашей машины в розыск. Кстати, машину вы можете вскоре забрать. Правда, она будет представлена на суде в качестве вещественного доказательства... Но вы должны понимать, что как адвокат работать по этому делу вы не можете. 

— Ну что же, спасибо, — проговорил адвокат. — Я могу быть свободен? 

— Конечно, вас никто не задерживает. Давайте, я подпишу пропуск на выход. Жаль, что так получилось. Но вы сами выбрали такой путь! Куда вам направить ответ на ваше заявление? 

— Не надо никакого ответа, я и так все понял...
Через несколько минут адвокат покинул здание прокуратуры.
Спустя пару дней ему позвонил Левашов, его университетский товарищ, который сейчас был 

заместителем начальника следственного управления ФСБ.
— Послушай, — сказал он, — у меня к тебе дело. Ты можешь подъехать к моей работе? — Конечно, могу.
— Давай подъезжай прямо сейчас. 

Адвоката встревожил этот телефонный звонок. Неужели опять против него намечается какой-то заговор? Может, теперь уже следственное управление ФСБ взялось за него, а университетский товарищ хочет его предупредить? 

С невеселыми мыслями он подъехал на Энергетическую улицу, где находилась Лефортовская тюрьма со следственным управлением ФСБ. В назначенное время вышел Левашов, осмотрелся по сторонам, подошел к машине и сел в салон. 

— Помнишь, я говорил тебе про одного чекиста, который работал в управлении по пресечению преступных формирований? — спросил он. 

— Да, помню. 

— Так вот, его несколько дней назад арестовали. Вчера я случайно встретил его в коридоре. Он просил направить к нему хорошего адвоката. Ты можешь взяться за это дело? 

Адвокат пожал плечами.
— Я не знаю... Меня только что отфутболили в городской прокуратуре, сказали, что я был 

допрошен...
— По какому делу? 

— По делу Андрея Голикова.
— А, слышал, о нем много говорят, пишут... Но это же другое дело! Ну как, возьмешься? — Почему бы нет?
— Хорошо. Тогда я свяжу тебя с его женой. Дай мне свой телефон, она позвонит тебе, и ты 

подключишься.
На следующий день адвокат уже сидел в следственном изоляторе Лефортово на следственных 

действиях, которые проводила Главная военная прокуратура. 

Суд состоялся через полгода. Он проходил вяло. Ледогорову и еще одному чекисту из того же управления инкриминировалось самоуправство и нанесение телесных повреждений средней тяжести. Адвоката удивило, что все время до суда подполковник с такими статьями находился под арестом. И при любых попытках снять с него арест ему говорили, что Ледогоров может скрыться или чинить препятствия следствию. 

Наконец наступили прения сторон. Обвинения, которые собрало следствие, были, по мнению адвоката, неубедительными, и он в прениях сумел доказать, что следствие проведено поверхностно, что не все документы собраны и представлены, и потребовал, чтобы было проведено доследование. При этом он ходатайствовал об изменении меры пресечения в пользу своего клиента. Существовала обычная практика — если суд приходит к мнению, что дело нуждается в доследовании, то меру пресечения могут изменить. Адвокат уже не верил, что произойдет чудо. Но оно свершилось. Суд направил дело на доследование и изменил меру пресечения. 

Ледогоров, дождавшись адвоката, выходил из зала суда довольный. Но на пороге стояли чекисты с его бывшей работы. 

— В чем дело? — спросил Владимир.
— Давайте проедем с нами, — сказал один из них. — Надо поговорить. — Я что, снова арестован? 

— Нет, нам нужно побеседовать. 

— Тогда я приеду завтра. Со мной адвокат, вы не имеете права меня задерживать! — запротестовал Ледогоров. 

Адвокат тут же вытащил из кармана удостоверение.
— Если вы приглашаете его на беседу, — сказал Косырев, — то это акция добровольная, и он 

может явиться, когда захочет. У него только что закончился суд. Я думаю, беседа может подождать. Чекисты замялись: 

— Хорошо, тогда завтра. 

— Мы утром к вам сами приедем.
Адвокат посадил Ледогорова в свою машину. 

— Будь осторожен! Мне кажется, они готовят тебе новую подставу. 

— Завтра я буду опять арестован по какому-нибудь новому обвинению в том, что произошло несколько лет назад. 

— Что ты будешь делать? — спросил адвокат.
— Пока не знаю. Завтра увидимся.
— Значит, завтра, в десять, у следственного управления ФСБ? — Да, я подъеду. 

На следующий день адвокат был около следственного управления ФСБ. Прождав Ледогорова полчаса, он понял, что тот не явится. Достав мобильный телефон, он стал набирать номер Владимира — сначала мобильный, затем городской. Но ни один, ни другой не отвечали. Может быть, произошла какая-то провокация? Может быть, его уже задержали и снова везут в Лефортово? 

Адвокат подошел к конвоиру и спросил:
— Скажите, пожалуйста, как мне соединиться с полковником Говолобовым? — А вы по какому вопросу? — спросил дежурный.
— Я адвокат Ледогорова. Мы должны были сегодня явиться к нему на допрос. — Одну минутку. 

Дежурный раскрыл удостоверение адвоката, подвинул к себе телефон, опустил стекло, чтобы адвокат не слышал разговора, и набрал внутренний номер. Через полминуты он снова поднял стекло, вернул удостоверение и сказал: 

— Подождите, пожалуйста, сейчас к вам спустятся.
«Старый чекистский прием, — подумал адвокат, — никогда свободно не пропустят! Всегда 

зачем-то нужен сопровождающий, который доводит любого посетителя до дверей, а потом провожает его обратно... Ну что же, раз пускают, то Ледогорова могли доставить раньше». 

Тут к адвокату подошел мужчина.
— Добрый день! Вы по делу Ледогорова?
— Да, я.
— Вы его адвокат? Документы посмотреть можно? 

Адвокат вытащил свое удостоверение. Мужчина просмотрел его. — Очень хорошо. Вы можете сказать, где ваш клиент?
— А разве он не у вас? 

Мужчина хитро усмехнулся:
— Понятно, вы ничего не знаете... Он сбежал. Ну ничего, мы его поймаем.
— А мне что делать?
— Пока ничего. Ждите, пока мы его поймаем. Может, все же скажете, где он прячется? — Если бы я это знал, то зачем бы приехал сюда? Я бы тоже не приехал.
— Это логично, — улыбнулся мужчина. — Ну что же, время покажет... 

ЭПИЛОГ 

Прошло полгода с известных событий. Управление по разработке и пресечению деятельности преступных организаций было расформировано новым директором ФСБ, который впоследствии стал президентом России. 

Генерал Алексей Березкин, который первым возглавлял это управление, был избран депутатом Государственной думы. Второй руководитель, Сергей Цветков, после расформирования управления стал руководителем частного охранного предприятия, перетащив за собой большую часть своих бывших работников. 

Деятельность Ледогорова как куратора ОПГ киллеров была признана «левой». Никаких заданий от Конторы по группировке Голикова он не получал! 

Ледогоров, как выяснилось, сумел бежать за границу и сейчас находится где-то во Франции. 

Предприниматель Лазовский был вынужден уехать из страны. Поселившись в одной из стран Европы, он стал политическим эмигрантом. 

Лидер бригады киллеров Андрей Голиков был вывезен на следственный эксперимент и там, воспользовавшись замешательством тюремного спецназа, совершил побег. После удачного побега о нем ничего не известно. 

Адвокат Виталий Косырев после бегства двух своих клиентов некоторое время не занимался профессиональной деятельностью — слишком были расшатаны нервы. Он лечился, отдыхал в санаториях. После выздоровления как адвокат консультировал предпринимателей, однако позже снова начал вести уголовные дела.