RSS
 

Глава 24. Адвокат

 

Глава 24

АДВОКАТ

1998 год, г. Амстердам, Голландия

Я медленно закрыл последнюю страницу дневника Олега. Дальше шли чистые листки. Последняя страница рассказывала о его встрече с криминальным авторитетом Энималом. Но я-то знал, как сложилась дальнейшая судьба Олега. 20 мая был убит Энимал, и Олега тут же арестовали в гостинице вместе с его людьми по подозрению в причастности к этому преступлению. Сразу после убийства они пытались уехать из гостиницы.

Однако голландским властям не удалось доказать причастность Олега к этому убийству. Вскоре он был выдан российским органам и депортирован в Россию. А дальше — дальше мне было известно все...

Но из записей в дневнике Олега не было ясно, остался ли в живых Севка. Единственным приложением к дневнику была фотография, на которой Олег стоял с Олесей, своей женой, а также отдельное фото группировки, где в окружении двадцати пяти человек в центре восседали Олег с Севкой. Больше ничего не было.

Прочитав дневник до конца, я долго не мог уснуть. Разные мысли приходили мне в голову. Вот она какая — короткая «красивая» жизнь авторитета! Да, он многое видел, много имел, но жизнь его была коротка...

Теперь мне надо было возвращаться в Россию. Я решил, что везти дневник Олега нет никакого смысла, ведь в какой-то мере это будет доказательной базой на суде над его людьми. Поэтому я решил все оставить в Амстердаме.

Через несколько часов я вернулся в Россию. В первый же вечер позвонил Олесе и договорился встретиться с ней.

Олеся немного изменила свою внешность — постриглась. Теперь она носила короткую прическу. Немного покрасилась, стала несколько темнее.

Ее глаза были грустными. Вероятно, она уже успокоилась и смирилась со смертью Олега.

— Что думаешь делать? — спросил я.

— Ничего пока. Вот вернулась, буду жить в Москве. Здесь живет мой брат, он мне будет оказывать помощь.

— Почему бы тебе не вернуться в свой город? — спросил я. Я помнил, что Олеся жила в небольшом подмосковном городке.

— Нет, туда я не вернусь, буду жить в Москве. Да, кстати, — сказала она, — мне звонил один человек, который утверждает, что близко знал моего мужа, и когда узнал, что вы уехали в Амстердам, сказал, что очень хочет с вами встретиться. Вот, — и она протянула мне листок. — Это номер его пейджера. Позвоните ему, он очень просил!

— Что это за человек?

— Я не знаю. Я только говорила с ним по телефону. Голос у него какой-то странный...

— В каком смысле?

— Ну, создается впечатление, что он говорит измененным голосом.

Может быть, для этого есть какие-то определенные причины, подумал я. Может быть, его телефон все еще прослушивается? Не все же еще пойманы...

— Да, а есть какие-нибудь вести про Севку?

— Про него ничего неизвестно. Но ходили слухи, что он забрал весь общак и уехал в Мексику. Но кто знает, так ли это... Ищут его.

В этот же вечер я послал сообщение тому незнакомцу, который хотел со мной встретиться. Минут через десять раздался звонок на моем мобильном телефоне. Это говорил тот самый незнакомец. Он интересовался, откуда я знаю Олега, куда я ездил, зачем, с какой целью. Наконец он сказал:

— Мне это очень интересно, и я хотел бы с вами встретиться.

— А что даст нам эта встреча? — спросил я.

— Я вас очень прошу, — повторил незнакомец. — Я очень близко знал этого человека. Но по телефону я много говорить не могу — сами понимаете...

— Хорошо, — согласился я, — где мы встретимся?

— Знаете высотную гостиницу в конце Ленинского проспекта?

— Да, конечно.

— Можете быть там в двенадцать часов? Мои люди вас заберут.

— А нельзя нам встретиться где-то в этой гостинице?

— Нет, я буду ждать вас неподалеку. Просто так нужно в целях конспирации, — сказал незнакомец.

— Хорошо.

На этом мы попрощались.

Ровно в двенадцать дня я вошел в гостиницу в конце Ленинского проспекта. Присел в холле в кресло, лениво просматривал газету. Вдруг ко мне подошли два парня в кожаных куртках, здоровые, с короткими стрижками — типичные бандюки! Они вежливо поинтересовались, являюсь ли я адвокатом, — и назвали мою фамилию. Я кивнул головой.

— С вами хотят поговорить в машине, — сказали они мне. — Пойдемте!

Мы вышли на улицу и подошли к черному джипу с тонированными стеклами.

— Пожалуйста, садитесь, — сказали мне, показав на переднее сиденье.

Я сел. Джип тут же тронулся с места.

— Куда вы меня везете? — поинтересовался я.

— Да тут рядом, — ответили они. — С вами ничего не случится, все будет нормально.

Мы выехали по направлению к Кольцевой дороге. Через несколько минут повернули направо. Время от времени мои попутчики посматривали назад — интересовались, нет ли за ними «хвоста». Выяснив, что «хвоста» нет, они резко поднялись на эстакаду и, переехав Кольцевую дорогу, выехали на противоположную сторону и сразу свернули направо. Тут я заметил, что с правой стороны, на площадке, возле машин стоит группа людей — человек двадцать. Лица были типичными для московской братвы.

— Во, — вдруг сказал один из моих попутчиков, — братва стрелку проводит!

— С чего вы решили, — поинтересовался я, — что в этом месте они проводят стрелку?

— Известно почему. Земля-то тут ничейная!

— В каком смысле?

— Московская область уже. Видите, как удобно? Здесь Москва, — показал один из моих сопровождающих, — а здесь область. Тут уже юрисдикция областной милиции. Вот и проводит тут братва свои стрелки, чтобы особо не портить картину московским ментам!

Вскоре мы свернули на какое-то шоссе и въехали в ворота одного из подмосковных пансионатов. Там у главного корпуса джип остановился, и мои попутчики сказали:

— Вот мы и приехали. Пойдемте!

Мы вышли из машины и вошли в корпус. Поднявшись на второй этаж, мы оказались в трехкомнатном номере люкс. За столом сидел мужчина. Его лицо показалось мне знакомым. Правда, были усы, борода и странные рыжие волосы. Создавалось впечатление, что они были покрашены.

Мужчина встал и поздоровался со мной.

— Я и есть тот человек, который вам звонил, — сказал он. — Извините, что не могу представиться, в силу определенных обстоятельств...

Я понимающе кивнул головой и стал всматриваться в его лицо... Стоп! Да это же Севка! Точно, он! Только усы, борода и цвет волос не его! Он очень похож на себя на фотографии, той, где он стоит вместе с Олегом и Олесей. А может, это его брат? Откуда я знаю, есть у Севки брат или нет... Как мне задавать вопросы? Я не мог этого сделать — для меня это слишком опасно.

Человек тем временем стал интересоваться, как я съездил в Амстердам, что интересного прочел в дневниках Олега. Наконец он подошел к главной теме, из-за которой он и встретился со мной.

— Понимаете, — сказал он, — я — партнер Олега по бизнесу, я коммерсант. Нет, вы не думайте, что я бандит, я на самом деле настоящий коммерсант! У нас с Олегом было очень много идей. Так вот, у Олега должна быть тетрадка с нашими коммерческими расчетами.

Я понимал, к чему клонит мой собеседник. Он имел в виду тетрадку с теми самыми банковскими счетами, которые, между прочим, были зашифрованы.

— Тетрадка зашифрована, и шифр знал только Олег — царство ему небесное! — сказал мой собеседник, перекрестившись. — И я.

Это еще больше укрепило меня в мысли, что передо мной именно Севка.

— Поэтому этой тетрадкой, кроме нас двоих, никто больше воспользоваться не может, — продолжал он. — И я хотел бы спросить у вас — вы привезли эту тетрадку?

Я отрицательно покачал головой:

— Нет, я не привез ее.

— Следует ли из вашего ответа, что эта тетрадь осталась там, в сейфе?

— Я не знаю вас, — ответил я ему, — не знаю, кого вы представляете. И тетрадку я не видел. Если она есть, то она лежит там, где и лежала, но лично я ее не видел, — соврал я.

Говорить о том, что я знаю о существовании тетради, для меня также было крайне опасным. Ведь человек может подумать, что я знаю какие-то цифры и могу их расшифровать... Поэтому я предпочел ответить так.

— Хорошо, — сказал незнакомец, — это меня обнадеживает.

Через несколько минут наша встреча закончилась. Его люди доставили меня в гостиницу, где я пересел в свою машину и отправился домой.

Так можно было закончить рассказ о самой известной кровавой группировке, действующей в Москве, если бы события не получили продолжение...

 

Эпилог

Где-то в середине лета неожиданно у своего ночного клуба «Арлекино» был убит его владелец. Причем интересно то, что он был убит тем же способом, которым действовал небезызвестный киллер Сашка из этой группировки, таинственно погибший в Греции. Несмотря на то, что владельца клуба сопровождали два действующих работника ФСБ, пули смертельно ранили водителя, охранника и самого владельца «Арлекино».

Чуть позже, в ноябре, в центре города было совершено покушение на еще одного владельца ночного клуба «Арлекино»... Правда, он выжил.

Затем был громкий суд над боевиками группировки. Суд проходил в тюрьме с большими мерами предосторожности. Территория «Матросской Тишины» была оцеплена сотрудниками СОБРа и «Альфы». Передовые боевики получили большие сроки — от десяти лет и больше. Многие из них уже погибли в колониях — не смогли противостоять криминальному братству «синих» — людей, придерживающихся уголовных понятий и традиций.

Многие жены боевиков остались жить в Москве. Олеся вскоре нашла себе нового мужа — авторитета. Впрочем, как я слышал, живут они неплохо...

Спецслужба Бориса Петровича была расформирована. Оказывается, указ Президента о создании ее был фальшивым. Говорят, полетело несколько голов из числа высоких чиновников. Сам Борис Петрович спешно уехал за границу и сейчас находится где-то вне пределов России — вероятно, в Греции. Ждет момента, когда ему можно будет вернуться.

Общак, который был переведен в ценные бумаги и ГКО, рухнул 17 августа 1998 года. С наступлением кризиса в России он превратился в ничто. Также рухнули несколько банков, куда вкладывали свои деньги Олег с Севкой.

В Москве время от времени совершались убийства, внешне напоминающие действия группировки, в недалеком прошлом возглавляемой Олегом и Севкой. Многие сыщики сравнивали их, а некоторые поговаривали о новой волне...

На самом деле никакой новой волны не было...

Таинственная история, последние несколько лет будоражившая слухами столицу, закончилась.