RSS
 

Глава 22

 

Глава 22

Адвокат Виталий Косырев сидел в своем офисе и готовился к судебному делу, просматривая документы. Раздавшийся телефонный звонок оторвал его от этого занятия. Сняв трубку, он услышал знакомый голос. Звонил его институтский товарищ Левашов.

– Привет, Виталик, как дела? – спросил он.

– Ничего, нормально.

– Послушай, тут парня задержали, земляка одного человека. А тот человек – мой приятель. Ты можешь ему помочь?

– Что смогу, сделаю...

– Он позвонит тебе, сошлется на меня. Я очень прошу – сделай все, что возможно!

– Хорошо, постараюсь.

Положив трубку, адвокат задумался. Какой парень, чей земляк и какая тут связь с замначальника следственного отдела ФСБ Левашовым? Непонятно...

Тут же зазвонил телефон в приемной. В дверь заглянула секретарша.

– Виталий, вас к телефону! – произнесла девушка.

Адвокат снял трубку.

– Слушаю, Косырев...

– Добрый день, Виталий. Извините, не знаю вашего отчества, – услышал он незнакомый мужской голос.

– Михайлович.

– Да, Виталий Михайлович. Вас беспокоит Андрей. Я от Воронкова и Левашова.

– Да, понял. Вы можете ко мне подъехать?

– Могу. А где вы находитесь?

Виталий продиктовал адрес офиса.

– Через сколько вы будете? – спросил он собеседника.

– Думаю, минут через тридцать.

Вскоре адвокат внимательно слушал рассказ Голикова.

– Ну что, мне все ясно, – сказал Виталий, когда Андрей замолчал. – Давайте документы оформлять. Идите к секретарю. Я пока выпишу ордер и поеду к вашему знакомому.

 

Через полчаса адвокат подруливал к зданию Петровки, 38. Набрав внутренний номер кабинета оперативника Куприна, он представился. Мужчина, снявший трубку, нехотя процедил:

– Ну, везде знакомые лица! Сейчас я подойду. Пока оформляйте пропуск.

Оформив пропуск, адвокат подошел к решетке. Через несколько минут появился Куприн. Адвокат уже имел с ним дело, и отношения у них были натянутыми, можно сказать, на грани войны. Оперативники не любят адвокатов, да и адвокаты оперативников не жалуют. «Но сейчас не до разборок, – подумал Виталий, – надо парня вытаскивать».

– Я по делу...

– По делу киллера, который Тошу «завалил», знаю, – перебил его Куприн.

– А что, уже есть какие-то доказательства?

– У нас много чего есть, – хитро улыбнулся оперативник. – Так мы все и расскажем!

– Мне надо с ним встретиться.

– По закону я не имею права отказать вам. Идемте!

Они прошли по дворику Петровки и вошли в здание ИВС.

– Оформляйте документы вот тут, – сказал Куприн, – и встречайтесь со своим подзащитным.

Через некоторое время адвокат сидел в кабинете и внимательно слушал рассказ Гены. Он тщательно записывал все показания.

– Значит, так, – произнес он по окончании рассказа. – Позиция у тебя неплохая. Приехал в город по коммерческим делам, оказался в незнакомом месте, нашел парик, решил подобрать, девушке подарить... Кстати, какой девушке, давай уточним.

– Ну, Людке...

– А откуда она?

– В Уральске живет...

– Чего же ты, чтобы парик подарить, ее в Москву собрался приглашать?

– Нет, сам бы отдал, когда вернулся.

– Ладно. Значит, больше у тебя ничего не было? И на месте убийства этого авторитета ты, естественно, не был?

– Нет.

– По-моему, они какого-то свидетеля нашли. Теперь самое главное – будет у тебя с ним очная ставка или нет и узнает он тебя или не узнает. Да, вот что еще... Тебя тут били?

– Да так, немного обработали, – улыбнулся Гена разбитыми губами.

– Это ничего. Ты стой на своем, а я тебя вытащу.

Адвокат нажал на кнопку. Появился конвоир.

– Мы закончили, – сказал ему Косырев.

Выйдя на улицу, адвокат направился к машине, но, вспомнив что-то, вернулся в проходную и набрал номер Куприна.

– Можно с вами встретиться? – спросил он.

– Почему же нет? – ответил оперативник. – Проходите!

Через несколько минут Виталий сидел в кабинете Куприна и Комарова.

– Я считаю, – произнес он, – что уголовное дело возбуждать не следует, так как тот факт, что у задержанного нашли парик, не является доказательством того, что он причастен к убийству криминального авторитета.

– Погоди, адвокат, не торопись, – остановил его Куприн. – Есть доказательства. Так что твой клиент попал сюда надолго. Есть у нас человек, который видел киллера. Поэтому мы сейчас опознание проведем и упакуем твоего клиента на приличный срок. А может быть, еще лучше сделаем – выпустим и отдадим его бауманским. А там ему конец...

– Да, хорошее у вас отношение к людям, – усмехнулся Косырев, – доброе! Какое опознание вы собираетесь проводить?

– Как какое? Пригласим статистов, вас пригласим обязательно, проведем опознание. Пенсионер, живущий на первом этаже в доме, где было совершено убийство, вероятно, опознает вашего клиента.

– Очень хорошо. Тогда сделаем вот как. Если он опознает его, я пишу заявление в Московскую городскую прокуратуру по факту избиения моего клиента на Петровке, 38, и постараюсь возбудить против вас дело по статье о превышении служебных полномочий и нанесении телесных повреждений.

– Какой степени? – усмехнулся Комаров.

– А это как экспертиза определит. Так что головную боль я вам гарантирую.

– Ну, напугал ты нас, адвокат! – засмеялся Куприн. – Давай мы парня выпустим, раз такие угрозы идут!

Адвокат прекрасно понимал, что оперативники издеваются. Конечно, никто никого выпускать не собирался. Но осложнения с опознанием он определенно добился.

– Мы вот что сделаем, – продолжил Куприн. – Мы пригласим хорошего косметолога, он замажет все синяки, полученные в камере, и мы поставим клиента на опознание.

– Выходит, его в камере избили? Я правильно понял ваши слова?

– Конечно. А разве есть сомнения? Мы же сами никого не бьем, – снова ухмыльнулся Куприн.

– Ну что же, давайте проводить опознание.

Вскоре все участники опознания были готовы. В кабинете, где должна была происходить следственная процедура, находился оператор с видеокамерой – опознание по закону должно было фиксироваться, – сидели два статиста рядом с подозреваемым и были двое понятых.

Адвокат сидел молча, внимательно разглядывал присутствующих. Вскоре в кабинет ввели Гену. Оперативники объявили, что после этого никто не имеет права выходить и звонить по телефону. Куприн заговорил:

– Товарищи понятые, сейчас вам в присутствии адвоката и статистов, – он назвал фамилии, – предоставляется возможность участвовать в следственных действиях по опознанию. Будет вызван человек, жилец такого-то дома, который определит того, кого он видел накануне поздно вечером на месте совершения убийства. Вы должны будете внимательно наблюдать за происходящим.

Адвокат почти не слушал Куприна. Он думал о другом. Сейчас самое главное – поймать нужный момент.

Когда было объявлено, что из кабинета запрещается выходить, адвокат сказал:

– Я считаю, что статистом не может быть вот этот человек, – он указал на одного из присутствующих, – который явно старше моего клиента по возрасту, и этот. – Он указал на второго. – Вы, товарищ, кто?

– Я – сотрудник уголовного розыска, – ответил тот.

– Ясно, из другого отдела сотрудника притащили, – улыбнулся адвокат. – Я отвожу статистов и требую вызвать других, похожих на моего клиента.

– Послушай, адвокат, ты особо не зарывайся, – прошипел Куприн недовольно. – Где мы тебе найдем похожих?

– Ничего не знаю. Иначе я все запишу в протокол, и опознание признают недействительным.

Куприн занервничал и что-то сказал Комарову. Через несколько минут в кабинете появились новые статисты. Это были два парня. Один из них был сотрудником уголовного розыска, другой был вызван в этот день свидетелем по какому-то уголовному делу.

– Хорошо, – сказал Виталий. Он осмотрел вошедших. Сотрудник уголовного розыска также был в пиджаке, на втором была кожаная куртка. Надо как-то исправлять ситуацию... Кроме того, адвокат обратил внимание, что у Гены были вынуты шнурки из ботинок – этого требовал закон о содержании под стражей. – Одну минуточку! Я попрошу, чтобы у всех из ботинок были вынуты шнурки.

Куприн кивнул. Через несколько минут требования адвоката были выполнены.

– Теперь я прошу поменяться местами. – Адвокат подошел к Гене и пересадил его на край. До этого тот сидел в середине. – И вот еще... Поскольку мой клиент находится в верхней одежде, я попрошу, чтобы она была снята. А вы, – он обратился к сотруднику в пиджаке, – пожалуйста, эту курточку наденьте.

– Почему я должен надевать куртку вашего клиента? – недовольно отозвался тот.

– Если вы этого не сделаете, опознание не состоится, – настаивал на своем Виталий. – У меня есть подозрение, что человек, который будет опознавать, ориентирован на определенную одежду.

Куприн и Комаров были очень недовольны происходящим.

– Ладно, что делать... – проговорил Куприн. – Давай, одевайся.

Адвокат думал, что если они дали ориентировку опознающему на куртку, то, скорее всего, тот опознает другого человека, и, следовательно, Гена будет не при делах. Дай бог, чтобы так и получилось!

– Ну что, теперь все готово? – раздраженно спросил Куприн.

– Нет, еще не все, – ответил адвокат. – У моего клиента вид довольно несвежий, тюремный.

– И что, нам теперь его в баню отвести или в массажный кабинет? – язвительно спросил Комаров.

– Нет, не надо. Просто наденьте на него пиджак. Не возражаете против этого?

– Пожалуйста! – ответил Куприн.

Адвокат подошел к Гене и протянул ему пиджак сотрудника, который надел куртку Гены. Теперь Гена обрел приличный вид.

– И напоследок вот еще что. – Адвокат достал из кейса пудреницу. Куприн и Комаров заулыбались.

– Это что, ваши служебные принадлежности? – хихикнул Куприн.

– Дело в том, – спокойно ответил Косырев, – что я не первый год работаю и знаю, как отделывают людей, попадающих на Петровку. Поэтому я по пути к вам заехал в косметический магазин и купил кое-что. Я, с вашего позволения, загримирую его немного.

Куприн с Комаровым, ничего не ответив, демонстративно отвернулись к окну.

Вскоре Гена был готов к опознанию. Все его синяки были припудрены.

– Все, мы готовы, – проговорил адвокат. – Вводите вашего опознающего!

Куприн подошел к телефону, набрал внутренний номер. Открылась дверь, и оперативники ввели в кабинет пожилого человека. Была включена видеокамера, Комаров официально предложил вошедшему опознать человека, которого тот видел поздно вечером в момент убийства.

Пожилой мужчина стал медленно разглядывать троих сидящих. Было понятно, что лица он не помнил. А вот по куртке он был сориентирован.

– Я узнал этого человека, – произнес мужчина.

– И кто же он? – спросил Куприн.

Адвокат внимательно следил за тем, чтобы оперативники не подали опознающему никакого знака. Он обратился к оператору:

– Я прошу навести камеру на лица! – Косырев махнул рукой в сторону Куприна и Комарова.

– Вот этот. – Мужчина показал на оперативника МУРа, на котором была куртка Гены.

Адвокат облегченно вздохнул.

– Встаньте, назовите себя!

Оперативник встал и назвал себя.

– На этом опознание закончено, – раздраженно проговорил Куприн.

Когда народ разошелся, оперативник зло посмотрел на адвоката и сказал:

– Ты, адвокат, победу пока не празднуй. Еще не вечер!

– И тем не менее выпускать надо, – усмехнулся Косырев. – Как видите, опознание проведено правильно, в соответствии со всеми нормами. Но опознающий моего клиента не опознал.

– Выпустим, никуда он не денется! Повезло тебе, парень, – Комаров повернулся к Гене, – повезло! Но рано или поздно ты у нас тут будешь сидеть, пусть по другому делу! Мы тебя насквозь видим!

Через некоторое время адвокат с Геной вышли с территории Петровки, 38. Гена был счастлив.

– Да, здорово все получилось! – восхищенно проговорил он.

– В общем-то, нам с тобой просто повезло. Дед полуслепой попался... Неизвестно, видел он тебя на самом деле или нет.

– Да я вообще там не был! – сказал Гена.

– Я верю, верю. Вот что, Гена, ты сейчас должен с Андреем встретиться. Я отвезу тебя в одно место. И лучше тебе отсюда уехать, а то сыскари тебя в покое не оставят.

– Я понимаю, – согласился Гена.

– Поехали!

Адвокат усадил парня в свой автомобиль, и они направились в сторону центра. Косырев набрал номер мобильного Голикова и произнес:

– Все, работа сделана. Забирайте своего парня. Я его в кафе на Малой Бронной оставлю. Пусть посидит отдохнет. И вот что еще хочу сказать – пусть побыстрее из Москвы уезжает. Сыскари ему этого не простят. Вы меня поняли?

– Да, все понял. Спасибо вам большое! А можно будет к вам еще обратиться, если возникнет необходимость?

– Да, конечно, обращайтесь.

Высадив Гену у кафе, Косырев поехал домой.

Удовлетворенный проделанной работой, он остановил машину возле подъезда и хотел уже выйти, но неожиданно заметил автомобиль, который до этого никогда не появлялся в его дворе. Это была темно-синяя «семерка» с тонированными стеклами. Адвокат почувствовал, что те, кто сидит в этой машине, интересуются им. «Кто же это может быть? – подумал он. – Бандиты из конкурирующей фирмы?» Ведь как-никак он освободил человека, подозреваемого в убийстве одного из «бригадиров» бауманской группировки. А вдруг сыскари в отместку сообщили бауманским, что есть такой ловкий адвокат, который выпустил злодея? А может, менты? Может, какая-то провокация будет? Что же делать?

Косырев стал соображать. Позвонить по мобильнику в ближайшее отделение милиции и сказать, что во дворе киллеры? Может получиться глупая ситуация...

Адвокат вынул из бардачка газовый пистолет, взвел курок, вышел из машины и медленно направился к подъезду. Теперь нужно было дождаться, чтобы кто-то вошел в подъезд вместе с ним. Все-таки подмога будет. Но, как назло, никого не было...